* В I онятии пластики — материал-вс щ-ство и форма — нераз-д< лимы. Можно сказать, что оно определяет образы и фо1Мы, как организацию эмпирического бытия.
сферу онтологической тайны, но это вторжение может быть плодотворным лишь при условии, что оно совершается бо имя и именем добра, пользы и действительной цели (этический момент) и притом еще в известных, особо предуказанных пластических формах. Без этой двойной обусловленности всякий мистический акт становится либо оккультной магией, либо насильническим и 1устым экспериментаторством, что в обоих случаях приводит к духовной деградации самого акта, к помрачению чувства реальности, к псевдо научной ожесточенности и внешнему пластическому урод-:тву. Точно также и этический акт в системе религиозного миросозерцания —неразрывно связуется с двумя другими стимулами, зго обосновывающими и поддерживающими: с одной стороны этический принцип коренится в мистической иноприродности Закона, — в то же время выражая в человечески-понятных категориях добра его ужасающую онтологическую непонятность и являясь как бы ручательством его истинности, — и с другой — цает целевое и прагматическое осмысление тем внешним пластическим формам через которые себя выражает. И, наконец, все многообразие пластических образов и форм эмпирии, являясь манифестацией самой сущности жизни, служит для символиче-:кого раскрытия и выражения ее первичной тайны, и для выражения ее качественно ценностных признаков. Конечно, в современном мета-позитивном сознании и знании, это триединство не восстановлено и невосстановимо. По прежнему, (т. е. по недавнему) чувство «тайны» — удовлетворяется и «голым» оккультизмом, а интуиция «тайны» побеждается на цутях позитивистиче-;кого монизма. Искания правды, жизненной и житейской, уво-оятся в сферу автономного права, а внешние формы жизни и быта утеряли свою символичность; утеряно и самое понимание этой :имволичности. Пластика — стала надстройкой экономического принципа.
Может быть возврат к органической эпохе веры и не возможен, но тогда незачем и говорить о европейском ренессансе.
Пока что имеются два враждебных многочисленных стана: вернее, впрочем, противопоставлены друг другу: глубокие окопы [буржуазного обывательства и подвижный шумный лагерь революционного пролетариата. Между ними бессильно суетится в ка-'(ком то количестве послевоенная, да и до оенная, европейская ► интеллигенция, все еще не понимающая, что предстоящее столкновение произойдет без них (количество с обеих сторон растопчет,
если не качество, то во всяком случае «квалифицированность»). И кто победит, буржуазная масса, или коммунистический коллектив — судить преждевременно.
Обычным доводом, выставляемым новыми русскими запад па> никами против России — является утверждение, что он под тем, или иным видом, рабствовала и что у русских вообще!:» понижена воля к свободе.
При этом, сплошь и рядом, разумеется не современная Россия, в которой, действительно, многое подавлено навождениек коммунизма, но Россия всяческая, прошлая и историческая. Ни у одной страны нет столько внутренних врагов и такого чув- : Г: . стеэ самоотвращения, как у России. И неприязнь и эксцессы гонитепьства, возникают именно по отношению к самому русское культурному типу; это он обладает таинственны! свойством восстанавливать своих же поданных и выразителей про тив существа своей же психологии и исторической темы, приво ;-дя тем. самым, если не всегда к положительным фактам, то всяком случае обуславливая этим особую трагичность русское |с культуры, часто в корне меняющей свои пути и цели.
Конечно, и интуиция и практические формы «свободы» -русского типа, не походя на западные, вызывают по отношению себе также ненависть и обличение самих же русских. В социаль- ; ной философии, равно как и ь религиозной антропологии проблема свободы стоит в центре, к которому стягиваются * от которого исходят все остальные категории. Между тем, ы всех обычных рассуждениях на тему о свободе эта центральн установки неизменно смещается и вместо того, чтобы пон феномен свободы (как данность и заданность, как принцип и иость, как ощущение и навык), функционально связанным всеми сторонами и явлениями данной культурной среды данного кульурного типа и определенного времени — обсужде: соскальзывает к рассмотрению лишь одного из его аспектов чаще всего аспекта морально-юридического.