Нет сомнения, что резолюцию ЦК о художественной литературе встретит с чувством большого облегчения каждый честный,разумный работник нашей печати.
ИВАН НОВИКОВ
Резолюция ЦК РКП (б) «О политике партии в области художественной литературы» правильно указывает на своеобразие и сложность вопросов искусства и в частности литературы. Также правильно различает она художественное творчество, как таковое, с одной стороны, и епецналь-пые задания литературной критики — с другой.
Но во всем этом документе по существу мне, как писателю-художнику, чуждо одно понятие: понятие рукодовства (или, лучше бы сказать, руководительство) в области литературы. И это не потому, чтобы я защищал полумифическое «чистое искусство»: каждое сколько-нибудь ~ значительное литературное творчество имеет, вне всякого сомнения,
отклика русских писателей
свое внутреннее «что», за кото-рос писатель и отвечает полностью. Но каждое литературное I произведение только тогда живет
• полною жизнью, когда оно роди-
• лось органически, без предумышленно ь чисто-рассудочно взятого
I тенденциозного курса.
Каждый настоящий художник
' знает, как требовательны и своевольны бывают подчас его герои, если они родятся воистину живыми, как они протестуют против всякого причесывания их и выравнивания, как начинают говорить и поступать — к огорчению и радости автора одновременно — вопреки задуманной схеме: совсем как жизнь, которая сама по себе, — мудрее мудрых. Таким образом даже сам автор, •слушаясь в себе художника, годится для роли «руководителя» лишь с большой оговоркой. И бояться здесь нечего, ибо это значило бы бояться живой жизни. Дело писателя — быть художественно верным себе и правдивым до конца: это единствен-
, ный путь для создания истинно ценных вещей. II только тогда, в ж.шом соревновании именно разнообразных подходов, образов и воплощений, возникает тот здоровый и свежий воздух, без коего настоящий расцвет литературы немыслим. Всякая попытка к «руководству», всякий уход (и, быть может, в особенно-ст-1 «благожелательный») способны создать только тепличную, парниковую и, следовательно, внутренне слабую культуру. Известное преодоление препятствий, строгий ответ перед художественно-требовательным судом только полезны, ибо закаляют и изощряют перо. Если мы хотим иметь крепкую и художественно богатую литературу, нужно только одно: не мешать ей крепнуть и органически наливаться художественными соками. В некотором своеволии художества, органически ему присущем, как раз и таится внутреннее его очарование, бгз этого оно перестает быть тем вольным цветением жизни, каково оно и есть по самому своему существу.
Не знаю, как со стороны, но изнутри писательской нашей республики мне отчетливо видно, сколько худосочных, никчемных, фальшивых вещей пускается в оборот ради того, чтобы равняться по какому-либо заданию, выполнить ту или иную «целевую установку». За драгоценные камни при этом выдаются обыкновенные голыши, грубо раскрашенные. Кому и на что этот мусор? История —• женщина строгая и она его свалит, конечно, в помойку. II совсем другое дело, когда нечто новое родилось органически из новых глубин: это настоящая и подлинная художественная радость и настоящая общественная цепкость.
Как же быть, однако, со всей этой буйной ордою художников, если их выпустить на вольную волю? Как обществу быть с теми опасностями, которые отсюда могут возникнуть?
На это есть в резолюции разумный ответ: это дело критики, «когда она будет опираться на идейное превосходство», и в силу этого «будет иметь глубокое воспитательное, значение» (§12.). Ведь и самые недостатки и недочеты вещи могут оказаться не менее показательными, чем ее достоинства. Этим можно бы и ограничиться, в особенности если принять еще во внимание тот здоровый художественный вкус ц крепкое общественное восприятие самих широких читательских масс, на которые спокойно можно положиться.
Итак, для писателя — все дело в том, чтобы не фальшивить и не лукавить перед собою, 1_бо только до конца правдивые вещи — единственно только они и художественно весомы, и общественно значительны; в этом писателю не надо мешать, ибо здесь и самые благие побуждения руководительства именно только мешают. Другое дело — уже законченное художественное произведение, оно становится уже общественным достоянием и на него полностью получают права И чита-