3
Некто от учителей повесть нам остави,
како Ареопагит верен бысть, изьяви.
Бывшу, рече, в Афинех Павлу божественну,
случися сему быти с ним мужу ученну,
Яже стоящя слепец некий прехождаше,
о нем же Дионисий Павлу глаголаше:
Аще сего слепаго ныне исцелиши
именем того Бога, Его же хвалиши,
Аз имам веру яти, яко Он Бог правый,
и преклоню Оному верх моея главы.
Токмо словес волшебных да не глаголеши,
ими же исцелити негли возможеши.
Аз ти напишу имя Господа твоего,
чти и сотвори чюдо о имени Его.
И написал есть сице: Во имя рожденна
Иисуса из Девы, кресту пригвожденна,
Умерша и в третий день из гроба воскресша,
потом Ся со славою на небо вознесша,
Ты, слепче, да видиши. То Павлу подаше.
Апостол же всяк зазор отсещи хотяше,
Видев то писание, рекл есть ко оному:
Тебе соизволяю прочести самому,
И узриши Божию силу превелику,
и познай Христа Бога суща всех Владыку.
Дионисий словеса оная читаше,
слепец же он абие зрение прияше.
То видя, Дионисий верен сотворися,
Христа почет, ученик Павлу устройся.
О имя пресилное! Слепца воочает
и Дионисию ум мрака свобождает.
Се имя святое выну почитайте,
услышавше Иисус, главы преклоняйте.
О сем всякое колено себе преклоняет,
небо, земля и вся тварь оно почитает.
Иисус Христос
Святый Павел апостол ко Христу горяше
огнем любве велиим, тем же поминание
Имя Его пречасто, даже написати
Иисус в посланиих выше двусту крати
Девятьнадесят, Христос паки божественно
четыриста еднижди имя положенно.
Отсюду мощно любовь его познавати,
яко Любима часто тщася поминати,
За что ныне со Христом царствует на небе.
Любя, поминай и ты; даст Он часть и тебе.
Иисус сладость
Иисус есть всех сладость, вся бо услаждает,
иде же благодать Си Господню вливает.
Горка есть смерть излиха, найпаче чрез муки,
егда мучителския дручат кого руки.
Обаче и та горесть Христом осладися,
ибо мучеником смерть сладка сотворися,
Зане же, яко на мед, вернии течаху,
иде же мучители онех убиваху.
Друг друга предваряя, на муки бежаше,
яко мзду всесладкую в небе быти знаше.
Вящшею охотою тогда смерть искася
и мучение люто от верных страдася,
Неже епископская днесь ся честь желает,
и неже стяжанная сердце утешает.
О всесладкий Иисусе, ослади жизнь мою,
горку зело грехами, чрез благодать Твою.
Дажд ми сладко чрез весь век работати Тебе
и вечно наследити Твою сладость в небе.
Икона
Образ Спасов над враты медяными бяше
во Констянтине граде, егда царствоваше
Лев царь иконоборец; на той образ святый
возьярився, враг Божий дал завет проклятый,
Повеле й из того места рабом снята,
да бы не к тому людем того почитати.
Един убо от воин Лествицу пристави
и стопы своя на ту по образ устави.
То благочестивыя жены увидевше,
низъринули воина, Лествицу сваливше.
Пад убо, воин издше, а жены честныя
преданы мучителем на муки лютыя,
И тако за честь икон святых пострадаша,
венец нетленный Богом в небеси прияша.
Икона Богородицы
Иконописец некто благочестив бяше,
ко Матери Божией любовь соблюдаше.
Обыкл же образ ея прекрасно писати,
а демона под ноги ея полагати,
Скаредно писаннаго, за что разьярися
враг, и жестоко ему претяй появися.
Обещая велику пакость сотворити,
аще не престанет й тако скаредити.
Зограф же врагу рече: Аз тя не боюся,
паче скаредство твое явити потщюся.
Исчезе демон с гневом, потомслучай бяше:
зограф образ Девыя на стене писаше
В храме некоем. Тамо не забы явити
и скаредства вражия под ноги вместити,
Изображая, яко та есть она жена,
ею же змия того бе глава сотрена.
Враг, не терпя досады, хотя й свалити,
потщася вся подставы древяны ломити.
Тым убо падающым, зограф он смутися,
но Божией Матери молебно вручися.
И простре образ руку, мужа похищая,
от падения смертна чюдне свобождая.
Падоша вси подставы, зограф же висяше,
держим рукою Девы. Оле чюдо бяше!
Что видяще людие, подмоет пристроиша,
зографа кроме вреда к земли низпустиша,
А Христа Бога Матерь честно величаху,
содеянное чюдо миру возвещаху.
Демонския же козни въконец обругаша,
его же падению винна быти знаша.