2
Валериан Canopy подножие бяше,
иже прежде на царстем престоле седяше.
3
Не токмо злотворшыя имать Бог казнити,
но и пренебрегшыя благая творити.
Тем же не у безбеден, иже зла гонзает,
но иже и благая дела прилагает.
4
По мере грехов мера казни будет,
не умалится, ни же преизбудет,
Токмо временно смертный сотворенный
грех будет вечно во аде казненный.
Оле братие, престаним грешити,
да бы нам вечно казненным не быти.
5
Богатый еваггелский во огни горяше,
яко имений нищым своих не даяше.
Колми паче геенна тех чает лютшая,
иже нищыя грабят, хищают чюждая.
6
Егда Каином Авель брат смерти предася,
братоубийца бедно по земли скитася,
Кровь бо неповинная к Богу вопияше,
Иже праведным судом ту на нь казнь послаше.
Подобне, отнели же от жидов убися
лучший Авель, Христос Бог, род жидовск казнися;
Лишен града святаго и земли святыя,
скитается, вселяся во страны чюждыя.
Кровь Христова вопиет, казнь есть на нем выну,
обаче непокорен Бога жива Сыну.
Во страсе и трепете выну пребывает
и телом, и душею вечно погибает.
Оле жестосердия! Сам, Боже, исправи,
к познанию и Сына Твоего настави.
7
Валериан царь Церковь Христову гони л есть,
даже Александрийский Дионисий мнил есть
Кончину век приспети, антихриста время
прежестокое на все христианско племя.
Но по немногих летех Бог врагу отдал есть,
царю Перси деку во плен онаго предал есть,
Иже, егда на коня своего вседаше,
воместо подножия того подставляше.
Тако даже до смерти оному творил есть,
а сын Галлиен отца си не искупил есть
Божиими судбами. Се казнь царю злому,
за что слава Судии буди праведному.
8
Злым человеком казни отпущаяй
сам есть добрыя люди убиваяй.
9
Аще тя изволит Господь наказати
язвами Своими, тщися не роптати,
Но целуй жезл Его, усердно смирися,
достоин тех казней быти глаголися.
Умилостивиши тем образом Бога
и будет от Него тебе милость многа.
Казнь сыну за отца
Отец некто изрядно сына воспиташе,
жене его сочетав, наследие дате.
Помале обнищав сам. нача приходити
в дом сыновей, еже бы алчбу утолити.
Питаше кратко время сын отца своего,
потом нача косвенно смотрети на него,
И ял есть бобом токмо онаго питати,
сам же сластная тайно с женою кушати.
В един день убо отец к нему прихождаше,
а он печена певня с женою ядяше.
Сын, восхитив то брашно, во скров сохранил есть,
отцу по обычаю бобы представил есть,
Иже, насыщся, иде, иде же бе требе,
а сын потщася взяти ово брашно себе.
Прииде к скрову, и се, иже сохранися
петел на снедь, во жабу страшну преложися,
И в ненасыщенныя злаго мужа очи
и на лице безстудно, неизбежно скочи,
Ему же тако силно чревом прилепися,
даже никим образом того отлучися,
И тако всескаредно на лици лежаше,
то гризущи, ядом си всего исполняше,
Даже от того яда оному умрети.
Кайтеся, не чтущии родителей дети.
Инии пишут, яко бысть ему ослаба,
за слезы прежде смерти отпаде та жаба.
Казнь тщеты и чувства
Всяк грешник две лукаве грехом сотворяет:
от величайша добра себе отвращает,
Обращается паки к вещем, подлежащим
тлению и во мале часе преходящим.
За сие двое имать казнь сугуба бити
от Господа, хотяща мирови судити.
Казнь тщеты вечна будет за отвращение,
казнь чювства — за ко тленным ся обращение.
Она отчества небес сладкаго лишает,
во нем же лик блаженных вечно почивает,
Сия нестерпимыя грешным деет муки,
преданным от Господа в демонския руки.
Она светлости славы вечныя лишает,
сия тмою вечною горце ослепляет.
Она святых дружества не дает имети,
сия творит общество с демоны терпети.
Она лица Божия отъемлет зрение,
сия страшных диавол творит видение.
Она в места прохладна внити не пущает,
сия в огнь всепалящий грешных вовергает.
Оле тщеты и муки, юже поминати
подобает комуждо, да бы не страдати!
Ибо кто в сия казни жив мыслию входит,
душею и плотию потом не приходит.
Казнь и грех
Казнь временная аще и велика,
несть, яко же грех, в досаде толика,
Грех бо Самаго Бога огорчает,
а казнь грешника к Богу наставляет.