Кознь
Вран человека рода кознь вымышляет,
ими же человеки различно прелщает,
Отводя от дел благих, ко злым же скланяя,
да бы не вселитися им в места святая.
Кокош
Кокош Себе Христос Бог мысленну прозваше
и нас птенцы под крыле Свое собираше.
Днесь, яко кокош гласы различныя дает,
егда птенцы на нужды различны глашает,
Инако под криле си, ко пищи инако,
от ястреба блюстися ин глас дает всяко,
Тако Он различными гласы ны глашает,
яко же различныя нужды быти знает.
Зовет некия люди благотворением,
иныя чрез печали, ины явлением,
Словом некия токмо, а жезлом иныя,
наказанием злыя, чрез милость благия.
Конец
Живый благо обычно благо умирает,
а злому Бог благия кончины не дает.
Конец жизни
Не леть есть человеку без болезни быти,
егда приидет время жизнь си окончити,
Ибо то с болезнию бывает лишенно,
еже со любовию в жизни бе снабденно.
Во-первых же, богатства, ах, жаль оставляти,
яже бяше велия радость содержати,
Чесо ради писано: О смерти лютая,
коль горка память твоя, зело не любая
Человеку, имущу в мире имения,
не чающу от Тебе скора хищения!
Паки жалость возмутит хотяща умрети,
яко жаль оставити супругу и дети,
Вся сродники ближния, вся благия други
и работу явлшыя доброверно слуги.
В то время ум помыслит: Ах, смерть не прощает,
от всем любимец моих, увы, разлучает!
Наконец, жалость многа имать исполнити
сердце, яко от него хощет отходити
Друг вселюбезный душа, яже оживляше
и вся делеса купно с плотию деяние.
Отьидет же далече Богу слово дати,
а за делеса почесть или казнь прияти.
Само же тело имать в землю ся вселити,
истлению данное, червем пища быти.
Оле изменения! Кто не умилится,
како человек на две части разделится?
Сие комуждо верных поминати требе,
да бы соединшуся вечно жити в небе,
Егда тело душею будет возживленно
и пред грозным Судием на Суд поставленно.
2
Елма человек в конце живота бывает,
о коль печаль велика тогда нападает!
Готуется Судии Страшному предстати
и о всех делех жизни слово Ему дати.
Трепещет душа бедна, ум ся ужасает,
яко изречения будуща не знает.
Видит путь пред собою, а камо пристати
имать, то не дается и отчасти знати.
Знает, яко смерть плоти — вечности начало,
но коея случится, не знает и мало.
Из единыя страны, надежда велика
о спасении, яко щедр небес Владыка.
От другия страх велий люте ужасает,
егда на грехи своя совесть возглядает.
Тако в среде надежды и страха сумнится,
не знающи, на кую страну обратится.
Тогда же искуситель потщится стужати,
да бы на конце жизни надежду отьяти.
Премногими образы натужит сводити,
воеже бы ко злобы изволу прел стати.
Сия временно помни, к смерти готовися,
всяк человече верный, благ быти потщися,
Да надежда нетщетна твоя может быти,
а страх тя не возможет вконец возмутити.
На искусителя же лук да налячеши
молитвы горячия, тако убиеши
Стрелою говеинства врага вселукава,
и попрана тобою будет его глава.
Тоя победы верно аз желаю тебе,
да торжество дееши вечно в светлом небе.
Конец дело блажит
Не иже нача благо, совершен бывает,
но добре совершивый, той ся ублажает.
Благо нача Иуда, но люте скончася,
предав бо на смерть Христа, сам смерти предася.
Зло начало бе Савла, но добр конец взяше,
ибо из гонителя всех учитель бяше.
Ов от Христа в геенну огненну вселися,
сей от сонмища во рай светлый водворися.