Заказчик, окинув меня быстрым взглядом с макушки до пят, настороженно прищуривается.
- Я вас раньше здесь не видел.
- Естественно, - приспускаю солнцезащитные очки на нос, - сегодня мой первый рабочий день, - возвращаю их на переносицу.
С недоумением и возмущением качнув головой, клиент шире распахивает глаза:
- «Первый рабочий день» - вы серьёзно?
- Не переживайте так, - бодро перекатываюсь с пяток на носки, уловив в голосе Дмитрия неподдельный намёк на страх. Что я говорила? – если сомневаетесь в моих способностях, то можете подождать другого пилота, правда, до семи часов вечера.
Недовольство стремительно отразилось на лице Нестерова. Не хочет он здесь торчать больше, чем намеривался, однако и с ответом пока не торопиться.
- Мы летим? Или вы пока подумаете? – стараюсь звучать невозмутимо и нисколечко не высвечивать свой сарказм.
- Да, летим, - только даёт он своё согласие, а мне стоит повернуться, как до уха доносится удивлённый возглас. – Что это? – вип-клиент кивает на кобуру, что висит у меня на поясе.
Не шевелюсь, оставив ладони на уровне груди. Без напряга оцениваю его, затем Винни-Пуха. Второй, потянулся к своему пистолету.
- Спокойно, парни, - апеллирую внятно, - у меня есть разрешение на ношение оружия – раз! Два – вертолёт стратегически важный объект, а я хрупкая женщина, должна отвечать за него. Так что не волнуемся и дышим, - в моём голосе легко читается наставление и приказ.
Большого мальчика отпускает. С облегчённым жестом он проводит ладонью по блестящему от пота лбу. Дмитрий лишь коротко кивает.
Усаживаю их в кабину. Удобные кресла расположены в два ряда. Четыре сзади, два впереди. Впереди мне никто не нужен. Хотя по мерам безопасности, продуктивно бы было посадить Дмитрия рядом с собой. Но он обойдётся. Пусть наслаждается аттракционом без «мамочки».
Парни пристёгиваются, выдаю им наушники, через которые будет осуществляться связь. Также они получают инструктаж, даже те, кому он якобы не нужен. Всё равно. Я выполняю свою задачу.
Занимаю своё место и тоже выдыхаю. С «детским садиком» позади, надеюсь, что я справлюсь.
Связываюсь с диспетчером. Сообщаю маршрут, запрашиваю разрешение на взлёт. Разрешение получено, и мы, наконец-то, взлетаем. Прежде чем оторваться от земли, я перекрещиваюсь, такая у меня мини-традиция. В учебке так не делала никогда, а вот начала работать – появилась.
Мы взлетаем, всё проходит нормально. На какое-то время хотя бы забываю о вип-клиенте за своим плечом, о своих намерениях по отношению к нему, о которых задумывалась дома.
Меня завораживает красота земли, нашей природы, и так всякий раз, каждый полёт.
Мужчины молчат и не отвлекают меня. Бояться? На самом деле, даже будучи в сильной стрессовой ситуации, я умею переключаться и профессионально управляю «колыбелькой». «Колыбелью» я называю свой любимый вертолёт, на котором обожаю работать. Он американского производства, комфортабельный и удобный.
Находясь недалеко от пункта назначения, я всё-таки устраиваю вип-клиенту парочку сюрпризов.
Первый сюрприз по крену. Он молчит, а я улыбаюсь. Это тебе за Егора Петровича!
Второй более ощутимый и опасный, по тангажу, но я и его выполняю суперпрофессионально. Страшно? Тоже за Петровича. Пусть не забудет оставить в запылившейся книге отзывов свои каракули.
Молчит.
Зато ощущаю за спиной облако возмущения и недовольства. Если третий раз похулиганить – он не вытерпит, потому решаю остановиться и не трепать нервы мажору. Тем более он меня уже не забудет. Нет, ну какая девушка его ещё так катала?
В поле зрения попадает завод. Огромный. Заброшенный. По сердцу скребут кошки. Не люблю, когда такой труд пропадает. Дичает. Ржавеет.
Площадка для посадки хорошая. Настраиваюсь на неё. Примеряюсь. Придерживаюсь строгого регламента и сажу вертолёт в заданной черте. Вдох-выдох.
Всю попу отсидела, пора выбираться. Не терпеться косточки размять, сделать кое-какие физические упражнения.
Выбираюсь из кабины, выпускаю «детский сад» на воздух. Богатырь сразу направился к кустам. Джентльмен тоже мне.