О Петре она вспоминала и даже подолгу смеялась, вспоминая их нелепые ссоры. И вдруг он вырос перед ней, как из-под земли. Похудевший, бледный, но все так же аккуратно одетый. Она первая подала руку и улыбнулась:
- Здравствуй, Петр! Ты так долго не появлялся и … похудел.
- Я сдавал экзамены. Вот сегодня получил диплом.
- Поздравляю! И куда теперь?
- В армию.
- Почему в армию?
- Хочу решить, чем заниматься дальше.
- А ты молодец! Не ожидала. Я тоже сегодня сдала последний экзамен.
- Ты, значит, тоже молодец!
- У тебя совсем не было времени ко мне зайти?
- Было, но я думал, что ты не захочешь видеть меня.
- Наоборот, мне совсем не с кем было ругаться, - Она хотела, чтобы он улыбнулся, но, заметив, что ему не до смеха, перестала улыбаться и уже серьезно спросила. – У тебя что-то случилось?
- Нет, ничего. Я просто хотел пригласить тебя в кино, но знаю, что ты откажешься.
- Почему и сразу откажусь?! Я пойду! Идем!
Петр стоял, как вкопанный, растерянно моргая. Юлия весело улыбнулась:
- Ты передумал?
- Нет, пойдем. – И они побежали через дорогу, взявшись за руки.
Петр стал бывать у Юлии чаще. Они много читали вслух, особенно по вечерам, когда мама Юлии дежурила сутками, а Нина была на сборах. Юлька залезала с ногами на диван и читала вслух Есенина, Блока, Ахматову, Цветаеву, хорошо читала, многие вещи наизусть. Благодаря этим поэтическим вечерам Петр понемногу учился читать стихи, сам находил интересные, читал Юлии. Редко бывали в кино. Фильмы для просмотра она отбирала очень тщательно. Часто гуляли в парке, просто ходили и молчали, а потом спрашивали друг друга: «о чем думал»? Эта игра нравилась Петру. Он научился слышать молчание. С ней всегда было интересно, то она нашла бездомного щенка на улице и тут же устроила его пожилой паре. Или просто знакомилась с людьми на улице и заговаривала с ними. Они откликались, подолгу с ними общались, приглашали в гости. С Юлией Петр рождался вновь. Иногда, правда, она уходила в себя, становилась задумчивой, далекой и чужой. Он часами мог смотреть на нее и любоваться, стараясь не трогать ее ни рукой, ни словом. Он чувствовал, что что-то с ней происходит, но боялся спросить, нарушить молчание. Она получила однажды письмо, прочла и сразу изменилась в лице, а потом резко сказала:
- Уходи. Что ты ходишь за мной, как привязанный? Что тебе надо от меня?
- Ничего мне не надо! … Какая муха тебя укусила?
- Я знаю, что тебе надо! … Лучше уйди, оставь меня. Мне плохо!
Лицо ее исказилось болью, глаза налились слезами. Сколько он видел женских слез, но ни одни так ни тронули его, как эти. Он обхватил ее голову своими огромными руками и начал большими пальцами вытирать ее слезы, которые ручьем текли по ее щекам.
- Что с тобой, родная моя? Кто обидел тебя? Так скажи хоть что-нибудь, нельзя же так изводить себя. Скажи, станет легче.
- У него с моей лучшей подругой была свадьба два дня назад. У них будет ребенок. Почему? – Она смотрела на него полными слез глазами и шептала. – Почему? Она же не любит его так, как люблю его я, его никто не будет любить так, как я… - У Петра сжалось сердце от жалости, от боли, которая передалась ему. И он не сдержался, он не умел этого делать, он сжал ее в своих объятьях и прильнул к ее горячим губам. Юлька вздрогнула и отшатнулась. Крик ужаса раздался, как гром среди ясного неба:
- Не смей! Не смей этого делать! Уходи! – Эти слова резанули по самому сердцу.
- Прости меня … - Петр медленно пошел к двери, открыл и тут же с силой захлопнул ее обратно. Он закричал, закрыв глаза от боли, - не могу. – Развернувшись всем телом, он бросился к ней, в глазах его блестели слезы. Схватив ее за плечи и развернув к себе, он слегка встряхнул ее и заговорил, горячо дыша ей в лицо. – Я же люблю тебя, слышишь, люблю. Никогда и никому не говорил я этих слов. Я уже думал, и любви-то такой не бывает, сказки это все. Умираю, когда не вижу тебя, боюсь дыхнуть и спугнуть, пока рядом. Я задыхаюсь близостью с тобой и тоскую без тебя. Убей, но не гони! – Он целовал ее губы, щеки, лоб, шею. Юлия закрыла глаза и … упала без сознания…
Она пришла в себя, услышав мужской голос в коридоре:
- Сердце, видимо, нервный срыв …
- Последнее время она жаловалась на сердце… - это был голос Петра.