- А нас и удивило, вы плохо о нас подумали, - встала с места Людмила. Ее дернул Сергей, сидевший сразу за ней, но она резко отдернула руку. – У нас вообще оценки ставятся по другой системе. Парень о рождения заикается – его скучно слушать, садись два. В стареньком пиджаке, ну нечего пока одеть, вырос – противно смотреть, садись, два. А я вот очень медленно соображаю. Я вообще флегматик по натуре своей, но соображаю. Но пока я соображаю, мне уже двойку в журнал сообразят, отбивая тем самым роскошь такую, как думать самой…
Все время, пока говорила Людмила, Юлия Сергеевна слушала ее внимательно. Но по мимике ее лица было видно, как это высказывание сильно на нее подействовало. Она качала головой и приоткрывала рот, пытаясь что-то возразить.
- Вы… Людмила, все это в серьез? – Ее вопрос был так наивен, что Людмила сердито и бессильно хмыкнула и села на место.
- Она права. – Это встал Григорий Иванов. – Так оно у нас и бывает!
- Садитесь, Григорий! – Юлия Сергеевна молча подошла к окну, сложив руки на груди. Она молчала недолго, но показалось, часы остановились. Тяжело выдохнув, она прошла к столу, обвела класс медленным спокойным взглядом.
- Спасибо! Я учту ваши замечания. У нас с вами так не будет! А сейчас мы изменим план нашего урока: сначала напишем самостоятельную за десять минут, а потом я вам начну новую тему. Согласны! Достаньте листочки. – Возмущений и шуму по этому поводу, как вчера, было меньше. – Условие прежнее, первым двум – оценки, остальным – в зачет. Первый вариант – номер сто семь, второй – сто девять. А вам, Анатолий, персональная задачка, как обещала. – И она подошла к парте Воронина и отдала ему тоненькую синюю тетрадь. – Вот эту, пожалуйста! Десять минут! Приступайте, время пошло!
Несколько раз за это время Юлия Сергеевна прошлась по рядам, заглядывая каждому в листок. Кому-то объясняла что-то, кому-то даже правила чертежи. К Воронину подошла только один раз. Промолчала, взглянув на решение, только улыбнулась. Анатолий, увлеченный решением, взглянул на учительницу, заметив усмешку, сам усмехнулся и опять начал решать. Прошло обещанных десять минут, поднялись две руки: Гриши Иванова и Маши Масловой.
- Григорий и Маша, листочки мне, остальные соберите, пожалуйста.
Пока собирали, Юлия проверила решение первых двух. Она с улыбкой кивала головой, подошла к столу.
- Значит, Григорий, пять, а вот, Машенька, у вас ошибка. – Она положила листок на парту Масловой, объясняя несущественную ошибку.
- Поняла! – Согласно кивнула Маша.
- Вам четыре, согласны?
Мария только улыбнулась в ответ.
- Так, собрали? Спасибо! – Складывая листочки, проговорила Юлия.
Воронин сам подошел к столу с листочком, улыбаясь.
- Как?
- Правда, не за десять минут, но решил! – Он почесал затылок ручкой, которую держал в другой руке. – Но мне понравилось, вы принесете еще что-нибудь. – Он искренне счастливо улыбался.
- Принесу, обязательно, садитесь, начнем новую тему. … У нас мало времени, но все равно, если не понятно, сразу останавливайте, не стесняйтесь…
Она объясняла отлично. Дважды, правда, ее останавливали Воронин и Иванов. Не понятно было проверяли ли или просто не поняли, но учительница оба раза возвращалась назад и еще раз повторяла. Потом для повторения показанного, она набросала простенькие задачки на доске и со словами:
- Попробует кто у доски? Смелее, оценок не ставлю пока, но попробовать может каждый. Идите сами!
Сначала робко, потом смелее несколько ребят побывали у доски, попробовали порешать. Юлия Сергеевна писала задания на доске, но каким-то боковым зрением смотрела за ними, поправляла, исправляла и объясняла по второму разу каждому, кто останавливался.
В классе началась суматоха, каждый хотел к доске. Юлия лишь движением руки, не поворачиваясь к классу лицом, остановила шум.
- Мы - взрослые люди?! Не будем о дисциплине?! Тихо и спокойно по очереди!
Когда прозвенел звонок, ребята весело переглянулись.
- А, давайте еще!
- Следующий раз! – Улыбнулась Юлия Сергеевна, глянув на свои часы. – Не уложилась немного. Домашнее задание. – Количество номеров, появляющихся на доске, уже не удивляло.