- Я никого не хотел обидеть!
- «Ты никого не хотел обидеть!» Какая удобная фраза, сказал ее, забыл и снова пошел обижать других, например Веру.
- Почему ты уверена, что только мужчины портят жизнь женщине? Всегда все зависит от женщины. Прежде всего, такие, как Лилия, Вера портят жизнь не только себе.
- И тебе тоже?
- Испортить – это наверно, громко сказано. После легкомыслия женского мужчины тоже скудеют душой. А потом на что-то большое у них порой уже не хватает сил. Ты думаешь, мужчины не умеют любить? А я тебе задам другой вопрос: а разве женщины не обманывают мужчин?
- Бывает, но меньше!
- Меньше, больше, какой же мерой можно это соизмерить: километрами или килограммами? Женщина всегда очень много хочет от жизни и от мужчины в частности. И, наконец, поймают золотую рыбку, просят одно, другое, третье, а рыбка посмотрит на нее жалостными глазами и скажет: «Ты лучше зажарь меня и съешь!» Женщины очень много хотят и сразу. Вот в чем беда Лилии и Веры. Они хотят все сразу, ничего не отдавая взамен. Но, а если ты скажешь, что расплата их – секс. То, извини, в сексе обе стороны получают удовольствие. Почему же мужчины виноваты в этом больше?
- Наверно, потому что мужчина-то, может, останется и с удовольствием, а женщина не всегда с удовольствием и бывает не одна.
- Но это результат, не опытного мужчины или слишком опытной женщины. Значит, так захотела женщина. Вот и все круг замкнулся: мы вернулись опять к тому, что все зависит от женщины. У собак есть такая неприличная поговорка! – Петр усмехнулся.
- Знаю я твою поговорку! И спорить я с тобой уже не могу!
- Приятно чувствовать победителем в споре с тобой! – Он был доволен собой. Тогда в юности, когда они спорили о чем угодно до посинения, Юлька была как бы всегда правой, сегодня он ее переспорил. Это стоит дорогого! Он весело взял ее руку и сунул себе под руку. – Ты не убежала, не дала мне пощечину и не сказала: «Пошел вон!» Юлечка, мне приятно, что ты взрослеешь!
- Иди ты! – Юлия обиженно сморщила нос, Петр не дал ей договорить.
- Я помню, к Евгению Марковичу. Тут недалеко, через дорогу! – Оба взглянули друг на друга и рассмеялись. Помолчав, начал Петр. – Ну, а если серьезно, ты отчасти права. Есть моя вина и в беде Лилии и в ненависти Веры. Так что же случилось с Лилией? Расскажи, только без линчевания и осуждения. И вообще, учись быть взрослой!
Юлии уже расхотелось рассказывать. Наоборот, ей хотелось слушать его. Она не видела его таким никогда. Он открылся ей с другой стороны, и таким он нравился ей больше.
- С первой минуты я только и слышал от тебя: «Уходи, мешаешь, не приставай, ненавижу». Если бы я услышал тогда только одно слово, ну, хотя бы «милый», я б наверно, сошел с ума. И только встретив Веру, я понял, за что ты меня так ненавидела. Нельзя навязывать свои чувства любимому человеку. Этим ты только опротивеешь ему. Много я в жизни накуролесил, многое хотел бы сейчас изменить, но знаю, это невозможно. Ты никогда не изменишь, сложившееся мнение обо мне, потому что не поверишь, что я уже не тот бесшабашный баламут, таскающийся за каждой юбкой, что люблю я только тебя. Просто живи рядом, улыбайся хоть иногда мне и никогда не забывай мне говорить: «здравствуй!», будь моим самым лучшим другом. – Он помолчал и только потом взглянул на Юлию, шедшую рядом, и заметил слезу в ее глазах. Она отвернулась, смахнула слезу. – Я обидел тебя? Ты плачешь?
- Нет! – С грустью ответила Юлия и взглянула на Петра. Лишь на мгновение Петру показалось … нет ему не показалось … В глазах ее мелькнул огонек. Он даже на мгновенье потерял дар речи. - Иди ты … домой! – Пытаясь улыбнуться, нежно сказала она.
- Ты не хочешь, чтобы я уходил? – Он даже остановился, чтобы увидеть ее глаза, но она отвернулась.- Я, кажется, начинаю тебя понимать. Какой же я дурак! Воистину верна французская поговорка: «Выслушай женщину и сделай наоборот»! Ты сейчас можешь ничего не говорить, ты лучше молчи. Вот ты говоришь, что никогда не сможешь простить меня за Лилию, за Веру или еще за кого-то, жизнь я им испортил. Да, ты пойми, жизнь наша устроена так: мы любим, а они нет, ты любишь, а тебя ни в какую, тебя любят, а ты не замечаешь. Чаще всего так и бывает. Мне придется тебя ненавидеть, за то, что я люблю тебя всем сердцем, всей душой, а ты гонишь меня от себя. Я хочу поселиться в твоем сердце навсегда, а ты не пускаешь. Ты никого туда не пускаешь. Ты знаешь, я сначала ломился туда, помнишь, ломился, как пьяный, ничего не понимающий дебошир, только бы зайти в эту дверь и закрыть ее за собой. Что из этого вышло, ты видела. Я понял, что силой я ничего не добьюсь. Но я все равно люблю тебя еще сильнее, еще безнадежнее, а ты нет! … Так мне что, тебя ненавидеть за это? Не прощать твоей слепоты? Ты ведь и Сашку не впустила в свое сердце, - Юлия хотела что-то возразить, но Петр ласково остановил ее, взяв одной рукой ее за руку, другой нежно прикрыв рот, - и не возражай, я знаю, тебе будет очень больно слышать, но это правда. Он тоже любил тебя. Он любил и боялся потерять тебя, я тоже боюсь потерять тебя сейчас. Ведь все эти годы без тебя ты всегда была со мной рядом. Я говорил с тобой, спорил, советовался. Ты стала частью меня самого. Так и не понял я пока, что это за чудо такое, любовь! Это же не просто секс на диване, телесное притяжение двух особей человеческих или поцелуйчики в засос, как стемнеет. Это самое светлое,самое высокое, самое сильное чувство, подаренное богом человеку. Человек живет, пока любит и любит, пока живет! Вот и получается: счастлив, кого любят, но счастлив вдвойне тот, кто умеет любить сам. Любовь должна созреть, вырасти из пеленок и тогда это сила! До встречи с тобой я сам никогда в нее не верил, думал, люди все выдумали, чтоб веселее было жить, вот и мечтают. Ан, нет! Есть она! Пришла так нежданно ко мне, даже не постучалась, просто вошла тихо незаметно, присела рядом, ничего не говоря. Посидела, помолчала, видит, я не гоню ее, наоборот, благодарю за то, что она пришла именно ко мне, и мне светлее на душе стало, не одиноко. А она сидит, молчит, улыбается в ответ. Помолчали немного мы с ней, и она осталась со мной. Но, видимо, не каждому дана она на этом свете! Некоторые проживают жизнь свою даже, не испытав и доли такого счастья – это самые несчастные люди на свете. А некоторые, как ты, например, приняв однажды свои мечты за любовь и разочаровавшись в ней, настоящую любовь боятся впустить в свое сердце. И ты знаешь, я чувствую, что там, глубоко в твоем ледяном сердечке есть место и для моей любви. Я чувствую в себе такую силу любви, что ее хватит нам обоим. Ты этого еще не понимаешь, но когда-нибудь поймешь, и никуда не сможешь от этого деться, потому что ты умеешь любить, но не хочешь учиться по-новому.…Не гони ее от себя, пусти ее в сердце свое, увидишь, все изменится к лучшему. А я живу только потому, что люблю тебя и дышу только тобой… Ведь не спроста же дал господь нам свидеться еще раз на этом свете?! - Юлия стояла рядом с ним, молча опустив голову, а Петр счастливо улыбался, держа ее за плечи и смотря на нее сверху вниз. Он вдыхал ее запах волос и касался губами ее головы, а она стояла, затаив дыхание и боясь пошевелиться. Петр вышел из этого оцепенения первый, нежно поцеловал ее в голову и быстро ушел. Она осталась стоять так, закрыв глаза еще какое-то время, боясь вздохнуть полной грудью. И второй раз в жизни она испытала чувство, как осталась одна, когда смолкли шаги уходящего Алешки.