Они вернулись в лагерь. Обратную дорогу больше молчали. Наташа расставаясь, беспокойно спросила:
- Ты обиделся на меня?
- Нет, мне не за что обижаться… было чудесно… Я отнесу твои лыжи на базу… Мы еще увидимся?
Она ничего не ответила, лишь улыбнулась и, не умело чмокнув его в щечку, быстро скрылась в фойе. Толик стоял ошеломленный, пока подошедший сзади Саня Герасимов, присвистнув, хлопнул друга по плечу:
- Ну, ты даешь, Пифагор!
- Ты видел? – Толик взглянул на товарища.
- Видел, как эта Пигалица тебя поцеловала.
- Это правда?
- Правда, как то, что ты сейчас стоишь и смотришь на меня сумасшедшими глазами, как будто тебя целовали в первый раз.
- В первый, Сань.
- Сочувствую, брат… Ты же целовался уже с Галкой, я видел…
- Это все не то, Сань, поверь. Это как огнем обожгло, до сих пор горит… - Он потер щеку.
- Пойдем, тебя с ног сбились, ищут все… Пифагор, ты влюбился… - Герасимов весело усмехнулся. Обнял друга.
- Наверно, знаешь, как это прекрасно! - Но вдруг, опомнившись, проговорил. – Не говори только ни кому. Слово дай!
- Возьми слово! – Хотел пошутить Саша, но тут же спохватился, увидев серьезный взгляд друга. – Ладно, не скажу! Все равно никто не поверит. Пойдем! Еще один друг для науки потерян!
На обеде Толик искал глазами Наташу, но ее нигде не было. Тогда отнес посуду и подошел к ее подруге:
- А где Наташа? – В ответ девушка дернула плечами и отвернулась. Толик повторил громче, почувствовав что-то неладное. – Где она?
- Уехала…- не поворачивая головы, ответили ему.
- Как?
- А вот так! Приехала ее мать и увезла…
- Когда?
- А когда она вернулась с вашей прогулки… Ты знаешь, что она больна… Что на нее дышать бояться. Я еле уговорила отпустить ее со мной. А ты утащил ее на прогулку, да еще на лыжах, сумасшедший! Она пришла, вся мокрая, запыхавшаяся… Мать как увидела, ее чуть инфаркт не хватил. Она ее два часа ждала… Собрала и увезла…
- Давно? Я успею на станцию?
- Не успеешь! Отец на машине увез.
- Да, да! – Невпопад ответил Толик и пошел прочь. Руки висели как плети, ноги мешали идти, в голове только одна фраза: «Увезли!» Он даже не узнал адрес, телефон. Он еле дошел до постели, не раздеваясь и не разуваясь, плюхнулся на кровать вниз лицом. Пролежал так до вечера. Дважды его пытались расшевелить, но он то огрызался, то, молча, отворачивался лицом к стене. Вскоре все от него отстали и оставили одного. То, что он гулял на лыжах с девушкой, знали уже все. Сначала посмеивались, потом посочувствовали, когда узнали, что девушку увезли и наконец отстали. И только Петр Петрович узнав, что Воронин не пришел на ужин, решил с ним поговорить.
- Ты один? В темноте? – Спросил Петр Толика и, включив свет, присел на край соседней койки. – Что ты так переживаешь? Жизнь на этом не кончается. – Учитель тронул его за плечо, тот дернулся и еще плотнее прижимается к стене. Петр не знал с чего начать… - Знаешь, а я однажды сам уехал от девушки, которую любил. Мучился, переживал, думал сойду с ума…Тогда была очень большая беда, она не любила меня… А у тебя еще ничего не известно… Твою-то девушку еще можно найти, я принес тебе ее адрес и телефон… - Толик вздрогнул, повернулся к учителю, благодарно взглянул и взял бумажку из рук Петра. – Она из нашего города… Ее же можно найти, правда… - Толик попытался улыбнуться. – Только я хочу тебе сказать, она дочь моего знакомого, Наташа больна…
- Я знаю…
- Так что, ты подумай, прежде чем давать человеку надежду.
- Мне показалось, что я ей нужен… А самое главное, она нужна мне…
- Это-то и прекрасно… Об этой поездке мы так долго мечтали… Пойдем, ребята ждут. – Толик, молча, кивнул.
ОБЪЯСНЕНИЕ.
Ребята устроили танцы в спортзале. Увидев вошедших, дружно закричали:
- Петр Петрович, идите к нам, - но он искал глазами Юлию.
- А Юлия Сергеевна…?
- Она Аленку укладывает. А мы потанцуем еще немного?