- А это идея хорошая! – Воскликнул Петр.
- А ребенка тебе доверить можно? – Сергей спросил на полном серьезе.
- Но у меня же мама – доктор, и она остается здесь.
- Я сама с ней поговорю, - вызвалась Юлия Сергеевна. – Пойдемте, Наташа, со мной. Толик только улыбнулся вслед.
- Молодец, твоя Наташка! – Воскликнула Людмила. Пифагор гордо покачал головой, но заметно краснея.
- Я хотел пригласить ее в поход, но, сами понимаете, ей будет нелегко. Ничего, что я без вашего согласия пригласил ее встретить Новый год?
- Да, это замечательно, Толик, да не тушуйся ты так! – Хлопнул его Петр по плечу. Надеюсь, и эту проблему решим. Видишь, как все хорошо выходит, брат, - развеселился Петр, хлопнув по плечу Сергея, - когда рядом друзья!
- Теперь только уговорить Аленку… Она ведь в поход собирается.
- Идем, поговорим с нем, - предложила Люда Сергею. Они ушли. Петр и Толик остались одни. Петр все улыбался, поглядывая на ученика.
- Ну, чего ты задумался… Все же хорошо!
- Да, - кивнул Воронин.
- Хорошая у тебя Наташа! Береги ее!
- Петр Петрович! А какая она любовь, а?
- Любовь?! – Петр, смеясь, покачал головой. – Не знаю, как тебе объяснить, брат! Да, и объяснишь ли… ее почувствовать надо, что ли… душой… телом всем… каждой клеточкой своего организма… Ведь когда она поселяется в твоем сердце, оно же поет…
- Правда, поет… - засмеялся Толик. Петр неожиданно крепко обнял ученика за плечи, встряхнул с легка, поставил на место.
- И появляется такая сила, что кажется, ты можешь горы свернуть или речку вспять повернуть.
- Да, - соглашался Толик, кивая.
- Понимаешь, значит, точно влюбился! – Юлия и Наташа подошли к ним улыбающиеся и счастливые.
- Она согласилась помочь… Это все она, Наташа, - Юлия Сергеевна сказала это все с особой гордостью. Ребята улыбнулись друг другу.
- Мы пойдем! – Воронин смущенно улыбнулся.
- Конечно, - учителя проводили ребят с улыбкой. Юлия помолчав, добавила. – Господи! Как же я рада, что у них зарождается такое красивое чувство, как любовь, взаимно. Ты знаешь, что сказала ее мама? Она сказала, что такого счастливого лица своей дочери, она никогда не видела. А что с ее дочерью, Петр? – Она взглянула на Петра и улыбка слетела с лица. Петр был очень серьезным. – Не пугай меня, что ты знаешь?
- Наташа, обречена!
- Как? Не шути так, Петр, - в глазах Юлии блеснула слеза. Он нежно обнял ее за плечи. – К сожалению, Юлечка! Она больна и серьезно.
- А как же… Толик?
- Он все знает, дорогая!
- Этого не может быть, - Юлия просто разрыдалась на груди Петра. Хорошо, что рядом никого не оказалось. Петр даже не пытался успокаивать ее, только сильнее прижимал к себе, а у самого так же отчаянно плакала душа… Немного успокоившись, она оторвалась от него. – А может, еще можно что-то сделать? Так не должно быть, так не может быть… А Толик, он же влюбился! – Петр только качал головой. – Мы с тобой можем что-то сделать?
- К сожалению, дорогая, - и отрицательно покачал головой, - … может быть, пока просто не мешать?
Юлия подняла на него полные слез глаза и тихо прошептала:
- Я люблю тебя, Петр, я тебя очень люблю…- Он нежно провел рукой по ее волосам, грустно улыбнулся и сказал:
- Я тоже тебя очень люблю, - и в глазах его блеснула слеза…- Он крепко прижал ее к своей груди, улыбнулся, закрыв глаза, и тихо произнес, - Господи! Благодарю тебя за все!
ПОХОД.
После завтрака ребята в полном боевом снаряжении выстроились у центрального входа. Петр Петрович обошел весь строй и, проверил у каждого обувь и одежду. Потом доложил Алексею Юрьевичу:
- Отряд готов!
- Ну, что, ребята, в путь. – Алексей был в приподнятом настроении. – Возглавляю колонну я, за мной идет колонна мальчиков, замыкает Юлия Сергеевна. Затем колонна девочек, замыкает Петр Петрович. В строю идем ровным шагом, не растягиваться. Ребятам я скажу, когда можно будет ускориться или быстро съехать по склону. Самовольно строй не покидаем. Идем пять километров лесом, затем привал тридцать минут, там есть хороший спуск, захотите, можем покататься, затем еще пять километров, обед и ночевка в деревянном доме. Будут какие-то проблемы, кричите: «Сос» и наслаждайтесь красивым зимним лесом. Помните, это прогулка, а не гонка. Итак, в путь.