Колонна тронулась, вдоль лыжни стояли провожающие. Их было так много. Они махали им вслед и кричали:
- До свидания!
- Счастливого пути!
- Возвращайтесь скорее!
- Мы будем вас ждать!- В следующую секунду все услышали голос Воронина:
- Ждите нас в следующем году! – Девчата хихикнули. Не поняла только Аленка. Она спросила проезжающего мимо них Толика:
- Как это в следующем году, а как же я, Пифагор? А ты береги Наташу! – Он коснулся пальцем кончика носа девочки. – Смотри, что это у тебя? – Девочка взглянула на свою шубку, а Толик нежно схватил за носик. Наташе тихо шепнул. – Я тебя буду ждать завтра, пока! – Он махнул рукой и встал в строй. Скоро колонна скрылась в лесу. Лыжня была ровная, лыжи скользили легко, и колонна набрала приличную скорость, но уже через полчаса пути она все-таки растянулась порядочно. Алексей шел на лыжах ровно, красиво и легко. Ребята от него не отставали, хотя за плечами у них были рюкзаки. Вскоре Алексей остановился и обернулся:
- Впереди в метрах в сто отсюда будет небольшой спуск с горы. Поезжайте вперед, спускайтесь и ждите остальных внизу.
- Хорошо, - кивнул Саша Герасимов и шагнул во главе колонны, все мальчишки ринулись за ним. Алексей дождался Юлию. Она успевала за ребятами:
- Юлия Сергеевна, вспомнила гонки в школе. Тогда ты мне проигрывала. Рискнешь сейчас?
- Нет, я пас! Я пять лет не стояла на лыжах. Да и рюкзачок, скажем, из легких. Как там мои девчонки? Ты ребят оставил одних?
- Там впереди спуск, пусть покатаются, пока их догонят девчонки.
- Алеша, поезжай к ребятам… Посмотри, что бы не расшалились, а то я их знаю.
- Хорошо! Только вот не вижу, где твой рыцарь, что-то уж совсем отстал.
- Мне по цепочке передали, что там у Масловой какие-то проблемы. Вероятно, он с ней… Догонит, поезжай, пожалуйста, вперед.
- Жду вас внизу…
Юлия остановилась дожидаться отставших. Девчата ехали маленькими группками по два-три человека. Подъезжая к Юлии, останавливались:
- Что-то случилось?
- Нет, все в порядке, догоняйте ребят. Они там с горы катаются.
- Тогда мы к ним?
Юлия махала рукой, указывая куда ехать. Вскоре показалось последняя группка отставших девчат. Последним ехал Петр. Он даже не ехал, а медленно шагал с Машей:
- У нее что-то с лыжей… Говорил, что надо проверить крепления…
- Догоняй ребят, - предложила Юлия. – Я с ней дойду.
Петр шепнул с улыбкой:
- Пройдусь, погреюсь… Догоняйте, девчата! – Скомандовал Петр и бросился вперед. Остальные ринулись его догонять. Колонна сразу как-то оживилась. Юлия спросила Машу:
- Как ты, Машенька, дойдешь?
- Не знаю, Юлия Сергеевна… С левой лыжей что-то…
- А ну-ка остановись, я гляну. – Маша остановилась и отстегнула лыжи.
- Попробуй, надень мои. Дырки совпадают? Вот и замечательно… Катись! Вот хорошо, давай вперед…
- А вы как, Юлия Сергеевна?
- Ты давай догоняй ребят, я догоню. – Маша уехала. Лыжи, казалось, катили лучше. Маша даже крикнула учительнице.
- Юлия Сергеевна, а они едут лучше…
- Вот и хорошо… - крикнула Юлия и попробовала надеть лыжи. Они прекрасно подошли к ее ботинкам, и она скоро догнала Машу. – Ну, как?
- Да, ничего! – Маша была счастлива, но Юлия поняла, что ее ученица просто плохо ходит на лыжах.
- Кто тебя учил ходить на лыжах?
- Никто, сама… Я два года была на надомном обучении. Я неудачно сломала ногу, она долго не срасталась, ходила на костылях. Вы простите, что я вас подвела!
- О чем ты, перестань, все нормально… Сейчас решим, что делать… Почему ты сразу не сказала?
- Я очень хотела с вами в поход… простите…
- Не извиняйся, это же не соревнования, доедем до спуска, решим…
- Юлия Сергеевна, не бросайте меня, я дойду, я буду стараться…
- Никто тебя не бросит…
- Видите, у меня стало получаться… Ваши лыжи волшебные…
- Хорошо… Смотри, палку ставишь и толкайся палкой, лыжа едет… Вот так, правильно…
- Она, действительно, едет…
- Толкайся палками… молодей! – Юлия ехала за девочкой и ругала себя, как же она не проверила, кто как ходит на лыжах.
Когда они, наконец, доехали до спуска, там творилась кутерьма. Ребята сбросили рюкзаки, вставали по пять человек в ряд, сцеплялись и катились вниз. Кто успевал затормозить, кто-то так ныряли в снег. Юлия начала сердиться:
- Петр Петрович, они же сейчас будут мокрые. Мы что будем посредине леса сушиться?