1
«Есть многое на свете, друг Горацио,
что и не снилось нашим мудрецам…»
Уильям Шекспир
1
- Надо что-то делать, мальчики – скоро у нее пузо на нос полезет и всем станет заметно, что она брюхатая – объясняй потом всем куда делся приблудыш…
- Надо ее с крыши столкнуть!
- Камнями забить, как неверную жену!
- Нет, мальчики! Надо ее просто столкнуть с лестницы и избавиться от ребенка – ступеньки полить маслом и толкать не надо будет – сама упадет! Девка она крепкая – спортсменки они двужильные – вот пусть и поработает на нас, а там видно будет…
- Нет, мамаша, терпеть в своем доме потаскуху, я не желаю!
- И я!
- Ну, пока этот дом не ваш! Вот и молчите уже! Когда женитесь и приведете в мой дом келин, вот тогда и решать будем, что с этой шалавой делать! А сейчас мне помощница нужна в доме, чтобы вас дармоедов обслуживать – готовить, стирать, в доме этом огромном убираться…
- Права мамаша, только лучше бы ее сразу с крыши столкнуть или в речке утопить – Муратка в речке утоп, вот и ее туда же - не вынесла смерти любимого и тоже утопилась…
- Нет, камнями забить, как неверную жену!
- Тогда сами себе готовьте и убирайте – мне отдыхать пора! Шутка сказать - троих сыновей вырастила!
- Ну, Муратка вам не сын, мамаша, а племянник!
- Племянник, - согласно махнула рукой дородная женщина, с ног до головы «замотанная» в черные одежды. – Поэтому и с получением наследства такая неразбериха – очереди какие-то выстраивают… Хорошо, что Муратик не успел с ней расписаться по законам России, а то наследства нам точно не видать.
- А ребенок?
- Вот, мальчики, про что я вам и твержу… Если этот ребенок родится, то начнутся всякие суды, да разбирательства – получение наследства Муратика затянется на долгие годы – так нотариус сказал…
- В уме ли вы мамаша?! Этот ребенок уж точно не от Муратки – два месяца прошло, как он погиб, а она вдруг заявляет, что беременна и срок четыре недели!
- Я, старшенький, хорошо понимаю, что ребеночек у нее не от Муратика. Только нотариус сказал, что это без разницы - напишет она заявление, что ребенок у нее от Муратика и будут разбираться. А пока разберутся, докажут, проверят - столько времени пройдет – ведь девка еще несовершеннолетняя, поэтому разбираться будут строго, все по годочкам разберут: кто, что, было ли согласие… Тетка ее, опекунша, баба въедливая и жадная очень – своего не упустит! Скажет, что насильно Муратик ее подопечную в дом к себе притащил, да и снасильничал сиротку…
- Репутацию Муратки марать нельзя – всплывет, что он насильник, весь бизнес накроется – ни одна баба к нам в магазины не придет.
- Детские товары – товар ходовой, но только от баб и зависит.
- Вот, поэтому, нельзя допустить, чтобы этот ребенок, не понятно от кого родился… - нахмурив черные брови, женщина подозрительно посмотрела на сыновей. – Уж не вы ли с девкой позабавились, после смерти Муратика? Видела, как вы на нее глаза свои бесстыжие пялили и слюни пускали.
- Да мы ничего, она сама… - начал младший, но получив тычок в бок от старшего, закрыл рот.
И сыновья дружно замотали головами.
- Жаль, она девка крепкая, работящая и уважительная, - вздохнула женщина, - вдруг мальчонка родится – первый внук… Сказали бы, что после смерти средненького, старший или младшенький брат взял «жену» брата себе в «жены»…
- Ну, мамаша, вы даете! Зачем она нам с нагулянным ребенком?
- Нет, и мне такая шалава не нужна!
- Ну, смотрите сами, сынки, если ваш ребеночек – грех от него избавляться, а если не ваш… И когда это она успела его нагулять? Все два месяца на глазах у меня была…
- Значит, не усмотрели вы за ней, мамаша. А раз так – пристукнуть ее и камнями в овраге завалить!
- Нет, лучше с крыши сбросить – разом от нее и от ее выродка избавимся! И не будет проблем с наследством Муратки – и дом и магазины все наше будет!
- Согласен!
- Согласна!
Женщина с сыновьями вышли из комнаты «средненького», а через какое-то время из массивного шкафа с одеждой осторожно вылезла молоденькая, фигуристая девушка в длинном, невзрачном платье и темном платке, концами платка утирая слезы и испуганно прислушиваясь к звукам большого, загородного дома, ставшего несколько минут назад для нее враждебным.
2 прошло четыре года со дня предложения "руки и сердца" Павла Кире
Алиса «лежала» на палевом большущем диване в просторной, светлой гостиной, забросив «стройные ножки» на высокую диванную спинку, и «на чем свет» ругала учительницу истории.