Они вместе посмотрели вверх. Вверху качались вершины осин, плыли облака. Нормальное осеннее небо.
«Какое совпадение! Здесь было сов падение…» — крутилась у Лёши в голове какая-то глупость.
— Послушай… А я попаду к себе обратно?..
— Я думаю, попадёшь. Ну ясно, попадёшь! Я же попал к вам! В крайнем случае, годик у нас побудешь, потом за грибами вместе пойдём… У тебя свистулька с собой? Ну та, из нашгородской глины, которую Бук подарил.
Ива схватилась за карман куртки и с облегчением вытащила синюю птичку.
— Прорвёмся! Птичка же должна домой привести, правильно? Как бы далеко ты не заходила, помнишь?
Ива кивнула.
— И ты со мной тоже, ладно, Лёша? Василькам надо будет много помогать после больницы, да? Они ведь тогда быстро поправятся?
«Ох, не говорила бы ты сейчас этого… Я не забыл, Ива, не забыл. Никогда не забуду. И я верну тебя в твой мир, верь мне» — мысленно клялся Лёша.
Друзья пошли к станции. Лёша крепко держал Иву за руку, как будто был в ответе за каждый ее шаг в своем мире перед ее миром. Ива несла пучок совиных перьев.
Принадлежали эти перья тем самым семи совам или нет? Неизвестно.
Как встретит Иву другой мир? Неизвестно.
Но они идут вместе на станцию.
Это уж как есть на самом деле.
Часть вторая
Глава 1. «Жив!»
Электричка прошумела, казалось, совсем рядом. Но Лёша прекрасно представлял, как обманчивы звуки в лесу. До железки могло быть и несколько километров. Интересно, куда они попали, на какую ветку, какую станцию? Станция, ветка, железка… Лёша сто лет не думал этих слов.
— Лёша, а у вас хорошо, лес красивый, — сказала Ива.
Добрая она всё-таки! Или делает вид, что не замечает пакета из-под чипсов, банки из-под колы? Нет, делает вид — это не про Иву. Она этого не умеет. Притворяться не умеет, врать не умеет. А надо уметь? Обязательно надо. Иначе здесь нельзя. Он попробует ей объяснить…
— Ива… — не откладывая дела в долгий ящик, начал Лёша первый урок вранья, но продолжить не успел — Ива схватила его за руку.
— Ты слышал?
— Что?
— Тихо!.. Слышишь, кричат?..
Они замерли. Сначала Лёша не слышал ничего, кроме ветра в осинах. Но потом стало казаться… Нет, не может быть. Это от напряженного вслушивания у него начались галлюцинации! Но у Ивы — у Ивы тоже галлюцинации?..
— Ты слышишь, слышишь?.. — почти беззвучно шептала Ива.
Да, он слышал. Теперь никаких сомнений не было. Это кричали его имя.
— Что же ты молчишь! Отвечай, тебя зовут, зовут!!
— Да может, не меня, — с трудом проговорил Лёша. Во рту враз пересохло, сердце забухало…
— Мало ли тут Лёш, у нас… Не меня же ищут столько времени…
— А кого же?!
Ива махнула рукой и вдруг завопила пронзительно:
— Он здеееееесь!.. Сюдаааааааа!
Лёша сел на землю. Почему в самые главные моменты у него всегда отказывают силы? Еще уснуть сейчас не хватает!
К ним приближались, быстро приближались. Слышно было, как ветки хлещут по одежде. Но первой выскочила из-за деревьев собака, отчаянно махавшая толстым коротким хвостом. Уставилась на Лёшу с Ивой и залилась истошным лаем.
Секунду спустя вслед за собакой прибежал человек. И справа показался еще один. И двое слева. И сзади еще подбегали.
— Алексей? — спросил первый прибежавший. — Никитин Алексей?
— Да… — выговорил Лёша и всё-таки поднялся с земли.
— Спокойно! Так, держись! Лучше сядь снова. Девочка, помоги ему! Давно ты его нашла?.. Боже мой, это невероятно… — человек бросился к Лёше, сел рядом с ним на листья, прожигая его глазами. — Ты Никитин Алексей, 12 лет? Ты жив?! Что болит?
— Ничего не болит…
Наконец подбежали остальные: две девушки, еще трое мужчин, — всего шестеро. Собака — седьмая. Наконец-то замолчала… Уши заложило от ее лая.
— Ты Алексей? Никитин? Невероятно! Не может быть! Жив!.. Что у тебя болит? Ты можешь двигаться? Да звоните же!! Господи, звоните же им скорее!!
Кто-то уже выхватил сотовый, искал имя. Кто-то достал из рюкзачка термос, кто-то расстилал пенку…
— Только чая! Только теплого чая, больше ничего! Маша, убери, ради бога, свой шоколад!.. Он около месяца неизвестно что ел! Он истощен, он сидит с трудом! У кого бульон был?
Людей лихорадило, голоса дрожали. Одна девушка зарыдала в голос, но было не до нее… Человек, дозвонившийся по сотовому, говорил кому-то нарочито спокойным голосом, чтобы не сорваться в крик: «Группа Игоря Лисовского. Мы нашли его. Да, точно. Да, он. Жив. Да, жив. Точно, жив. Женя, жив, тебе говорю!! Не знаю пока. Подгоняйте, там посмотрим. Я перезвоню».