— Не хочешь узнать у Петтиса, не помнит ли он, кто в тот день доливал масло в двигатель?
Фрэнк позвонил в «Чистку ковров», но Петтис уже ушел с работы. Звонки ему домой остались без ответа.
Саймон посмотрела на карточку с отпечатком пальца так, словно это было самое ценное сокровище на свете.
— Успокойся. Я прогоню его по нашим базам. Если понадобится, буду работать всю ночь. Можно обратиться к соседям из Фэрфакса, чтобы они запросили АСИОП; наш терминал до сих пор не работает.
Она имела в виду Автоматизированную систему идентификации отпечатков пальцев в Ричмонде, которая сравнивала отпечатки, обнаруженные на месте преступления, с компьютеризованной базой данных.
Фрэнк задумался.
— Кажется, я могу предложить кое-что получше.
— Что именно?
Достав из кармана карточку, Сет снял трубку и набрал номер.
— Агента Билла Бёртона, пожалуйста, — произнес он.
Бёртон заехал за Фрэнком, и они вдвоем отправились в центральное управление ФБР, находящееся в здании имени Гувера на Пенсильвания-авеню. Многим туристам знакомо это громоздкое и довольно неказистое здание, одна из обязательных достопримечательностей Вашингтона. Здесь также находится Национальный информационный центр криминалистики, компьютеризованная информационная система в рамках Бюро, объединяющая четырнадцать баз данных и две подсистемы, в которых хранится самое большое в мире собрание сведений о преступниках. Система автоматической идентификации центра является лучшим другом следователя. В базе собраны десятки миллионов отпечатков пальцев преступников, что многократно повышало шансы Фрэнка на успех.
Передав карточку с отпечатком техникам ФБР — получившим четкое указание выполнить это задание с максимальной скоростью, — Бёртон и Фрэнк остались в приемной, возбужденно потягивая кофе.
— На это потребуется какое-то время, Сет. Компьютер выкинет несколько потенциальных вариантов. Техникам все равно придется проводить идентификацию вручную. Я останусь здесь и дам тебе знать, как только будет готов результат.
Фрэнк взглянул на часы. Через сорок минут у его младшей в школе спектакль. И хотя у девочки в нем всего лишь роль овоща, в настоящий момент для нее это самое главное на свете.
— Точно?
— Оставь мне номер, по которому я смогу с тобой связаться.
Черкнув номер на листке, Сет поспешил к выходу. Возможно, этот отпечаток ничего не даст: сотрудник заправки или еще кто-нибудь… Но что-то подсказывало Фрэнку, что это будет прорыв. Холодный след обыкновенно остается таким же холодным, как и жертва, лежащая в шести футах под землей — самых длинных шести футах, какие придется когда-либо преодолеть всем нам. Однако этот холодный след внезапно раскалился докрасна; оставалось выяснить, не погаснет ли он снова. Но пока что Фрэнк намеревался насладиться его теплом. Он улыбнулся, и не только от мысли о том, как его шестилетняя дочурка будет бегать по сцене в наряде огурца.
Проводив его взглядом, Бёртон усмехнулся по совершенно другой причине. При обработке отпечатков пальцев через АСИОП техники ФБР использовали очень точные и надежные методы. Вероятность правильного результата больше девяноста процентов: это означало, что система выдаст не больше двух вариантов, а, скорее всего, один-единственный. Кроме того, Бёртон запросил для этого поиска наивысший приоритет. Все это должно было позволить ему выиграть драгоценное время.
Через какое-то время Бёртон смотрел на совершенно незнакомое ему имя.
ЛЮТЕР АЛЬБЕРТ УИТНИ.
Родился 5 августа 1929 года. Также был приведен номер карточки системы социального страхования; первые три цифры «179» говорили о том, что выдан он был в Пенсильвании. В описании внешности указывалось, что Уитни пяти футов восьми дюймов роста, весит сто шестьдесят фунтов и имеет на левом предплечье шрам длиной два дюйма. Это соответствовало тому, что рассказал о Роджерсе Петтис.
Воспользовавшись единой федеральной базой данных, Бёртон получил хорошее представление о прошлом этого человека. В прошлом три судимости за грабеж. В трех разных штатах. Уитни долго был за решеткой и в последний раз вышел на свободу в середине семидесятых. С тех пор больше ничего. По крайней мере, ничего такого, о чем было бы известно правоохранительным органам. Но Бёртону уже приходилось встречать подобных людей. Целеустремленные, они достигают все большего совершенства в избранном ремесле. Бёртон готов был поспорить, что Уитни — один из них.
Одна заковырка: последним известным местом его жительства значился Нью-Йорк, и с тех пор прошло уже почти двадцать лет.