Глава 11
I
Эндрю Рестарик выписывал чек, слегка морщась.
Кабинет у него был большой, великолепно обставленный в обычном стиле преуспевающих дельцов. Мебель и все прочее остались от Саймона Рестарика, и Эндрю Рестарик почти ничего менять не стал, только убрал две картины, а на их место повесил собственный портрет, который привез из загородного дома, и вид Столовой горы. Эндрю Рестарику было под пятьдесят, и он начинал грузнеть. Однако по сравнению с человеком на пятнадцать лет моложе, который смотрел с портрета над ним, он изменился относительно мало: тот же тяжелый подбородок, те же плотно сжатые губы и чуть приподнятые насмешливые брови. Человек не слишком оригинальной внешности, скорее вполне заурядной и в эту минуту далеко не счастливый.
В дверях кабинета возникла секретарша. Он вопросительно посмотрел на нее, но она подошла вплотную к столу, прежде чем сказать:
– Какой-то мосье Эркюль Пуаро. Настаивает, что вы назначили ему встречу, хотя у меня нигде не записано.
– Мосье Эркюль Пуаро? – Что-то знакомое, но почему, он вспомнить не сумел и покачал головой. – Представления не имею, хотя фамилию, видимо, слышал. Как он выглядит?
– Низенький. Иностранец, француз, по-моему. С необыкновенными усами.
– Ах да! Мэри именно так его и описала. Он нанес визит старику Родди. Но никакой встречи я ему не назначал.
– По его словам, вы ему написали.
– Абсолютно не помню, даже если и написал. Может быть, Мэри… Ну да неважно. Пригласите его войти. Пожалуй, следует разобраться.
Несколько секунд спустя Клодия Риис-Холленд вернулась, пропуская вперед себя низенького человека с яйцеобразной головой, огромными усами, узкими лакированными туфлями, дышащего тихим самодовольством, – все это точно соответствовало рассказу его жены.
– Мосье Эркюль Пуаро, – сказала Клодия Риис-Холленд и вышла, а Эркюль Пуаро направился к письменному столу, из-за которого уже вставал Эндрю Рестарик.
– Мосье Рестарик? Эркюль Пуаро к вашим услугам.
– Да-да. Жена говорила, что вы навестили нас… вернее, моего дядю. Чем могу служить?
– Я являюсь к вам в ответ на ваше письмо.
– Какое письмо? Я вам не писал, мосье Пуаро.
Пуаро посмотрел на него с недоумением, затем вынул из кармана лист, развернул его, пробежал взглядом и с поклоном протянул через стол.
– Убедитесь сами, мосье.
Рестарик уставился на письмо. Оно было напечатано на его собственной бумаге, а ниже стояла его подпись, написанная чернилами.
«Уважаемый мосье Пуаро!