– Боюсь, что только благодаря мне, – сказала Хильда. – Я… неверно понимала ситуацию.
– Не могли бы вы объяснить подробнее, мадам? – вмешался Пуаро. – Думаю, ваше сообщение может оказаться важным.
Она повернулась к нему:
– Тогда я еще не знала моего свекра и понятия не имела, каковы его подлинные мотивы. Мне казалось, что он стар, одинок и действительно хочет примириться со своими детьми.
– Каковы же, по-вашему, были его подлинные мотивы?
Хильда немного поколебалась.
– Я не сомневаюсь, – медленно ответила она, – что мой свекор хотел не установить мир, а возбудить вражду.
– В каком смысле?
– Его забавляло пробуждать худшие инстинкты в человеческой натуре. В нем была… как бы получше выразиться… какая-то дьявольская проказливость. Он хотел перессорить друг с другом всех членов семьи.
– И ему это удалось? – осведомился Джонсон.
– Вполне, – ответила Хильда Ли.
– Нам уже сообщили, мадам, о сцене, происшедшей сегодня в его комнате, – снова заговорил Пуаро. – Кажется, сцена была весьма напряженная.
Хильда кивнула.
– Не могли бы вы описать ее нам как можно подробнее?
Она задумалась.
– Когда мы вошли, мой свекор разговаривал по телефону.
– Насколько я понял, со своим адвокатом?
– Да, он просил мистера… кажется, Чарлтона – точно не помню фамилию – приехать сюда для составления нового завещания. Прежнее, по его словам, устарело.
– Как вам кажется, мадам, – спросил Пуаро, – ваш свекор намеренно устроил так, чтобы вы все слышали этот разговор, или же это произошло случайно?
– Я почти уверена, что он подстроил это сознательно.
– Дабы посеять среди вас сомнения и подозрения?
– Да.
– Значит, в действительности он, возможно, не собирался изменять свое завещание?
– Нет, – возразила Хильда, – думаю, его намерение было вполне искренним. Но ему хотелось подчеркнуть этот факт в нашем присутствии.
– Мадам, – продолжал Пуаро, – у меня нет никакого официального статуса, и, возможно, мои вопросы совсем не те, какие стал бы задавать английский полицейский. Но мне хотелось бы знать, как бы, по-вашему, могло выглядеть новое завещание. Я прошу не фактов, а всего лишь вашего мнения. Les femmes[240] формируют его достаточно быстро, Dieu merci[241].
Хильда Ли улыбнулась:
– Охотно поделюсь с вами своими соображениями. Сестра моего мужа, Дженнифер, вышла замуж за испанца, Хуана Эстравадоса. Ее дочь Пилар недавно прибыла сюда. Она очень красивая девушка и к тому же единственная внучка в семье. Старый мистер Ли был ею очарован и сразу к ней привязался. Думаю, он собирался по новому завещанию оставить Пилар солидную сумму. По старому ей, возможно, доставались гроши или вообще ничего.
– Вы были знакомы с вашей золовкой?
– Нет, я ни разу с ней не встречалась. Ее муж-испанец, по-моему, погиб при трагических обстоятельствах вскоре после свадьбы. Сама Дженнифер умерла год назад, и Пилар осталась сиротой. Вот почему мистер Ли захотел, чтобы она приехала и жила с ним в Англии.
– А другие члены семьи были довольны ее приездом?
– Думаю, Пилар нравилась всем, – ответила Хильда. – Приятно, когда в дом приходит молодость и жизнерадостность.
– А ей самой здесь нравилось?
– Не знаю, – медленно произнесла Хильда. – Девушке, выросшей на юге – в Испании, Англия должна была показаться чужой и холодной.
– Сейчас жить в Испании не слишком приятно, – заметил полковник Джонсон. – А теперь, миссис Ли, мы хотели бы услышать ваш рассказ о разговоре в комнате старого мистера Ли.
– Прошу прощения, – извинился Пуаро. – Я вас отвлек.
– Окончив говорить по телефону, – начала Хильда, – мой свекор окинул нас взглядом, засмеялся и сказал, что мы все выглядим очень мрачно. Потом он добавил, что устал и хочет рано лечь спать, и попросил не беспокоить его после обеда, так как хочет на Рождество быть в хорошей форме. После этого… – она сдвинула брови, напрягая память, – мой свекор заметил, что только большая семья может по-настоящему оценить Рождество, и заговорил о деньгах. Он сказал, что в будущем содержать этот дом станет куда дороже, поэтому Джорджу и Мэгдалин придется экономить, и посоветовал Мэгдалин самой шить себе платья. Боюсь, что идея была несколько старомодной. Неудивительно, что это ее рассердило. Свекор добавил, что его жена хорошо управлялась с иглой.
– И это все, что он о ней сказал? – спросил Пуаро.