Не знает ли миссис Эдамс, встречала ли там ее подруга мистера или миссис Элистер Блант?
– Не думаю, мсье Пуаро. Вы имеете в виду крупного банкира? Они с женой несколько лет назад гостили у вице-короля, но я уверена, что если бы Мабель встречалась с ними, то непременно об этом бы упомянула. Важных людей всегда упоминают, – с улыбкой добавила миссис Эдамс. – Мы все снобы в душе.
– Она никогда не упоминала Блантов – в частности, миссис Блант?
– Никогда.
– Если бы она была близкой подругой миссис Блант, вы бы знали об этом?
– Конечно! Я не верю, что Мабель была знакома с такими, как Бланты. Ее друзья были самыми обыкновенными людьми – вроде нас.
– В этом, мадам, я не могу с вами согласиться, – галантно возразил Пуаро.
Миссис Эдамс продолжала говорить о Мабель Сейнсбери Сил, как говорят о недавно умершей подруге. Она вспоминала все ее добрые дела, ее отзывчивость, неутомимую миссионерскую работу, серьезность и усердие.
Эркюль Пуаро внимательно слушал. Как говорил Джепп, Мабель Сейнсбери Сил была вполне реальным лицом. Она жила в Калькутте, преподавала дикцию и работала с местным населением. Мисс Сейнсбери Сил была респектабельной, благонамеренной, немного суетливой, возможно, недалекой, но, что называется, женщиной с золотым сердцем.
– Мабель так серьезно ко всему относилась, мсье Пуаро, – продолжала миссис Эдамс. – Но люди часто отвечали ей равнодушием – их было нелегко расшевелить. С каждым годом становилось все труднее собирать пожертвования – из-за роста цен, подоходного налога и тому подобного. Как-то она мне сказала: «Когда я думаю, сколько добра можно сделать, имея деньги, Элис, то чувствую, что могла бы пойти на преступление, чтобы их раздобыть». Это показывает, какой она была энтузиасткой, верно, мсье Пуаро?
– Она действительно так сказала? – задумчиво переспросил Пуаро.
Он мимоходом осведомился, когда именно мисс Сейнсбери Сил сделала это заявление, и узнал, что это произошло около трех месяцев назад.
Выйдя из дому, Пуаро зашагал по улице, погруженный в размышления.
Он думал о характере Мабель Сейнсбери Сил.
Приятная женщина – добрая, серьезная и респектабельная. Мистер Барнс предполагал, что именно среди людей такого типа следует искать потенциальных преступников.
Мисс Сейнсбери Сил прибыла из Индии на том же корабле, что и мистер Амбериотис. Есть основания считать, что она была с ним на ленче в «Савое».
Она сама обратилась к Элистеру Бланту, претендуя на знакомство с ним и даже на близкую дружбу с его женой.
Она дважды посещала Кинг-Леопольд-Мэншенс, где позднее обнаружили мертвое тело в ее платье и с ее сумочкой, словно для облегчения идентификации.
Она внезапно покинула отель «Гленгаури-Корт» после разговора с полицией.
Может ли последняя теория Пуаро объяснить все эти факты?
Ему казалось, что может.
Эти размышления занимали Пуаро по дороге домой вплоть до Риджентс-парка. Он решил пройтись через парк пешком, прежде чем взять такси, зная по опыту, в какой момент его щегольские лакированные туфли начнут натирать ноги.
Был погожий летний день, и Пуаро снисходительно взирал на молодых нянь, кокетничающих и хихикающих со своими кавалерами, покуда розовощекие подопечные вовсю пользовались их невниманием.
Собаки с лаем бегали друг за другом.
Мальчишки пускали кораблики.
Почти под каждым деревом сидела бок о бок молодая пара…
– Ах! Jeunesse, jeunesse[306], – пробормотал Эркюль Пуаро, довольный этим зрелищем.
Они выглядели чудесно, эти лондонские девушки. С каким шиком они умудрялись носить свою безвкусную одежду!
Однако их фигуры казались ему прискорбно несовершенными. Куда только девались соблазнительные округлости, некогда ласкавшие взгляды донжуанов?
Он, Эркюль Пуаро, помнил таких женщин – в особенности одну. Роскошное создание, райская птица, истинная Венера…
Какая из этих хорошеньких девчушек могла бы сравниться с графиней Верой Росаковой? Истинная русская аристократка с головы до пят – и одна из самых ловких воровок… Природное дарование…
Со вздохом Пуаро заставил себя прекратить думать об ослепительной красавице его грез.
Он обратил внимание, что под деревьями Риджентс-парка кокетничали не только молодые няни.
Девушка в платье от Скьяпарелли[307] сидела под липой рядом с молодым человеком, который, склонившись к ней, в чем-то горячо ее убеждал.