— Две из них висят в Тейтовской галерее, — напомнил ей Пуаро.
— Возможно. Там, по-моему, есть и одна из скульптур мистера Эпстайна.
Пуаро почувствовал, что мисс Уильямс высказалась до конца. Он решил оставить тему искусства.
— Вы были рядом с миссис Крейл, когда она нашла мистера Крейла мертвым?
— Да. Мы с ней вышли из дому после обеда вместе. Анджела забыла на берегу или в лодке свою кофту. Она вечно теряла вещи. Я рассталась с миссис Крейл у входа в Оружейный сад, но почти тотчас же она позвала меня обратно. Мистер Крейл был мертв уже около часу. Он лежал на скамье возле мольберта.
— Увидев его, она впала в отчаяние?
— Я не совсем понимаю, о чем вы меня спрашиваете, мсье Пуаро.
— Я спрашиваю, как она вела себя в эту минуту?
— По-моему, на нее нашло какое-то оцепенение. Она послала меня вызвать по телефону врача. Мы ведь не сразу поняли, что он умер, а вдруг у него каталептический припадок.
— Это она высказала такое предположение? — Не помню.
— И вы отправились звонить? Мисс Уильямс ответила сухо и резко:
— На полпути я встретила мистера Мередита Блейка. Я попросила его выполнить данное мне поручение, а сама вернулась к миссис Крейл. Я подумала, что ей может стать плохо, а мужчины в таком случае помощники никудышные.
— А ей стало плохо?
— Нет, миссис Крейл вполне владела собой, — сухо ответила мисс Уильямс. — В отличие, между прочим, от мисс Грир, которая закатила истерику и вообще вела себя непристойно.
— В чем это проявилось?
— Она пыталась наброситься на миссис Крейл.
— Вы хотите сказать, что, по ее мнению, миссис Крейл была виновна в смерти мистера Крейла?
Секунду-другую мисс Уильямс размышляла.
— Нет, вряд ли она была в этом убеждена. То есть… тогда еще не возникло подозрения. Мисс Грир просто принялась кричать: «Вот что вы наделали, Кэролайн. Вы убили его. Это ваша вина». Она не сказала: «Вы его отравили», но, по-моему, она в этом не сомневалась.
— А миссис Крейл?
Мисс Уильямс тревожно задвигалась в своем кресле. Стоит ли лицемерить, мсье Пуаро? Не знаю, что на самом деле испытывала или думала миссис Крейл в ту минуту. То ли она испугалась того, что совершила…
— Так вам казалось?
— Нет, точно не могу сказать. Она была потрясена и, пожалуй, испугана. Да, испугана, я уверена. Что вполне естественно.
— Может, и естественно… — с досадой согласился Пуаро. — Чем же она лично объяснила смерть мужа?
— Самоубийством. Она с самого начала утверждала, что это самоубийство.
— И продолжала утверждать то же самое, когда разговаривала с вами наедине, или выдвинула какую-либо другую версию?
— Нет. Она старательно уговаривала меня, что он покончил с собой.
В голосе мисс Уильямс явно присутствовало смущение.
— А что ей сказали вы?
— Мсье Пуаро, неужели сейчас это имеет значение? — Да.
— Не понимаю, для чего…
Но, словно загипнотизированная его молчанием, она неохотно призналась:
— По-моему, я сказала: «Конечно, миссис Крейл. Мы все считаем, что он покончил с собой».
— Вы верите собственным словам?
Подняв голову, мисс Уильямс твердо заявила:
— Нет, не верю. Но, пожалуйста, поймите, мсье Пуаро, что я была целиком на стороне миссис Крейл. Я сочувствовала ей, а не полиции.
— Вы были бы рады, если бы ее оправдали?
— Да, — с вызовом в голосе ответила мисс Уильямс.
— Значит, вам небезразличны чувства ее дочери? — спросил Пуаро.
— Я полностью симпатизирую Карле.
— Не согласились бы вы написать мне подробный отчет о случившейся трагедии?
— Чтобы она прочитала, хотите вы сказать?
— Именно.
— Пожалуйста, — в раздумье согласилась мисс Уильямс. — Значит, она твердо решила разузнать все, как было?
— Да. Хочу предупредить только, что было бы лучше скрыть от нее правду…
— Нет, — перебила его мисс Уильямс. — Я считаю, что лучше смотреть правде в глаза. Подтасовывая факты, от судьбы не уйдешь. Карле довелось пережить потрясение, узнав правду, — теперь она хочет знать, как именно все было. Я считаю, что смелая молодая женщина так и должна поступать. Как только ей станут известны подробности, она сумеет снова забыть обо всем и жить собственной жизнью.