Наступило молчание. Рода нарушила его вопросом:
– Поразительно повезло, что там случайно оказался мойщик стекол, – сказала она.
– Повезло?! Случайно?! Никакого везения, мадемуазель. Это серые клеточки Эркюля Пуаро. Кстати, я совсем забыл… – Он прошел к двери.
– Заходите, заходите, дорогой мой дружище! Вы сыграли свою роль a mervielle[143].
Он вошел в комнату в сопровождении мойщика стекол, который держал в руке свои рыжие волосы и выглядел совсем другим человеком.
– Мой друг мистер Джералд Хемингуэй. Весьма многообещающий актер.
– Значит, никакого мойщика стекол не было? – воскликнула Рода. – Доктора никто не видел?
– Я видел, – сказал Пуаро. – Разумом можно видеть больше, чем глазами. Расслабишься и закрываешь их…
Деспард весело сказал:
– Давай заколем его, Рода, и посмотрим, сможет ли его призрак вернуться и найти того, кто это сделал.
Смерть на Ниле
Часть первая
Англия
1
– Линнет Риджуэй!
– Да, это она! – сказал мистер Барнэби, мелкий помещик в графстве Мэлтон.
Он толкнул локтем в бок своего собеседника, тощего и болезненного человека.
Они с любопытством смотрели в окно на огромный золотистый «роллс-ройс», который остановился перед зданием почты.
Из машины выпрыгнула девушка в элегантном и строгом костюме. У нее были светлые волосы и правильные аристократические черты лица – очаровательная девушка – такие не часто встречаются в местах, подобных Мэлтону.
– Она – миллионерша, – сообщил мистер Барнэби, – собирается потратить тысячи на перестройку этой усадьбы. Здесь будут плавательные бассейны, сады, танцевальный зал, она хочет снести пол-особняка и построить все заново.
2
Отрывок из отдела светской хроники: «Среди тех, кто ужинал в ресторане „Шезматант“, я приметил прекрасную Линнет Риджуэй. С ней была графиня Джоанна Саутвуд, лорд Уиндлешэм и мистер Тоби Брайс. Мисс Риджуэй, как всем известно, является дочерью Мелуша Риджуэя, который женился на Анне Хартц. Она унаследовала от своего деда, лорда Хартца, огромное состояние. Очаровательная Линнет в настоящее время является сенсацией сезона. Ходят слухи, что вскоре будет официально объявлено о ее помолвке. Разумеется, ее выбор пал на лорда Уиндлешэма».
3
Графиня Джоанна Саутвуд сидела в спальне Линнет Риджуэй в Вудхолле.
– Дорогая, – говорила она, – по-моему, это великолепно!
– Из окна открывался вид на сады, поля и далекие леса.
– Правда, мило? – задумчиво спросила Линнет. Она поставила локти на подоконник. Лицо ее страстное, подвижное, живое, дышало радостным нетерпением. Джоанна Саутвуд, молодая женщина лет двадцати семи, с длинным умным лицом и морщинками под глазами, казалась рядом с ней блеклой и некрасивой.
– Ты так много успела за короткое время. У тебя было много помощников?
– Три архитектора.
Джоанна взяла с туалетного столика нитку жемчуга.
– Линнет, этот жемчуг настоящий?
– Разумеется.
– Для тебя «разумеется», моя милая, но для большинства людей это было бы невероятно: какая изящная работа – произведение искусства! Наверное, эта нитка стоит бешеные деньги.
– Тебе кажется, носить такую дорогую вещь вульгарно?
– Да что ты. Наоборот! Сколько же это стоит?
– Что-то около пятидесяти тысяч.
– Неплохо. Но ведь их могут украсть, ты не боишься?
– Нет. Ношу их всегда – они ведь застрахованы.
– Позволь мне надеть их и походить в них до обеда. Знаешь, это волнует.
Линнет засмеялась.
– Пожалуйста, если тебе так хочется.
– Знаешь, Линнет, я тебе завидую. У тебя есть все. Тебе двадцать лет, ты сама себе хозяйка, куча денег, красота, здоровье. При всем том, ты еще и умна! Когда тебе исполнится двадцать один?
– В июне следующего года. Я устрою в Лондоне грандиозный пир по поводу вступления в совершеннолетие.
– И выйдешь замуж за Чарльза Уиндлешэма. Все газетные писаки так волнуются по этому поводу. Ведь он действительно чертовски тебе предан.