— Вы разговаривали непосредственно с Перри Мейсоном? — не моргнув глазом любезно спросил адвокат.
— Разумеется, — сухо ответила черноглазая. — За сумму, которая ему перечислена, я не собираюсь тратить время на разговоры с его служащими.
— Смешно, — хмыкнул Мейсон, — я звонил ему не более десяти минут назад. Мне сказали, что его сегодня вообще не будет.
— А это зависит от того, кто звонит, — наставительно сказала она с покровительственной улыбкой. — На дешевых детективов и вымогателей Перри Мейсон не тратит время, он — человек занятой.
— И вы не скажете мне, почему уезжаете из города? — спросил Мейсон, указывая на багаж.
Она надменно засмеялась, подбоченясь.
— Послушай, братец, я тебе ничего не скажу, кроме одного слова: убирайся! Катись отсюда. Коли ты полицейский, иди к Перри Мейсону, если нет — тебе гадски не повезло.
В дверь постучали. Перри Мейсон повернулся, чтобы отпереть.
— Не смей открывать! — вспыхнула Вера Куттер.
Она сама подбежала к двери, повернула ручку и распахнула дверь.
На пороге стояла Маджери Клун.
— Привет, Ева Лэймонт, — медленно и ровно сказала Маджери Клун.
Ева Лэймонт не сводила с нее глаз секунды три.
— Так, — удовлетворенно протянул Перри Мейсон, — вас зовут Ева Лэймонт?
Ева Лэймонт указала пальцем на Мейсона:
— Так ты с ним?
Маджери Клун вопросительно взглянула на адвоката. Но прежде чем у Мейсона появилась возможность подать Маджери сигнал, Лэймонт кинулась к телефону.
— Минутку, дорогая, — проговорила она через плечо. — Я знаю человека, который хочет побеседовать о твоем шикарном контракте с кинокомпанией. — Она схватила трубку. — Главное управление! — закричала она своим ставшим окончательно неблагозвучным голосом. — Главное управление! Свяжите меня немедленно с Главным управлением полиции!..
Перри Мейсон схватил Маджери Клун за руку, и они вместе выскочили в коридор, все еще слыша позади себя: «Полиция… Главное управление… Это Главное управление полиции?»
Они по лестнице пробежали до пятого этажа, а потом сели в лифт.
— Спокойно, — сказал Мейсон Маджери Клун.
Через вестибюль он провел ее, обнимая за плечи и поворачивая ее лицо к себе.
— Все хорошо, — успокаивал он ее. — Не волнуйтесь.
На улице они остановили такси.
— «Маплетон-отель», — сказал он шоферу.
Как только они сели в машину, Перри Мейсон предложил Маджи сигарету:
— Закурите?
Она не отказалась. Мейсон зажег сигарету сначала ей, потом себе.
— Расслабьтесь, подумайте о чем-нибудь другом. Не перебивайте сейчас меня, я буду думать. И не пытайтесь сами выстраивать какие-то планы, потому что эти вещи вам не под силу. Расслабьтесь и отдыхайте. У вас еще будет тяжелое времечко…
— Мы едем в Главное управление полиции? — только и спросила она.
— Нет, — мрачно ответил адвокат.
Ехали они в молчании. Когда машина остановилась, Перри Мейсон попросил водителя подождать его, а Маджери Клун осталась в кабине, положив на сплетенные руки, лежащие на спинке переднего сиденья, свое побледневшее лицо, закрытое волной роскошных волос.
Перри Мейсон направился в отеле прямо к столу кассира.
— У вас в номере 603 остановился некий Дж. Р. Брэдбери.
Кассирша вопросительно приподняла тонкие брови:
— Ну и что?
— Я его адвокат. Возможно, мне придется уехать с ним по важному делу. Хочу оплатить все его счета, если они у него есть.
— Номер освобождаете? — спросила кассирша.
— Нет. Просто оплачу его пребывание по сей день включительно…
Она открыла ящик, вытащила оттуда стопку бумаг, повернулась к счетной машинке, посчитала и обратилась к Мейсону:
— Общая сумма — восемьдесят три доллара девяносто пять центов.
Перри Мейсон протянул в окошко сто долларов. Она взяла бумажку, пощупала ее, рассмотрела на свет и повернулась к кассовому аппарату, отстучала по клавишам и протянула Мейсону сдачу и квитанцию.
— Здесь телефонные звонки, — указывая на квитанцию, сказал адвокат, — они местные или междугородные?
— Междугородные звонки помечены, остальные — городские, — ответила кассирша.