— Как бы он ни умер, на завещании это не отражается, — ответил Мейсон.
— А сколько свидетелей необходимо для завещания?
— При одних обстоятельствах — два, а при других — ни одного.
— Что вы имеете в виду?
— Если завещание отпечатано на машинке и вы его подписываете, необходимы два свидетеля вашей подписи. Но в нашем штате, если завещание написано вашим почерком целиком, включая дату и подпись, и в документе нет другого почерка или машинописного текста, свидетели подписи не требуются. Такое завещание вполне законно.
Артур Картрайт вздохнул, казалось, с облегчением. Когда он заговорил, голос его звучал более спокойно.
— Ну, с этим пунктом вроде все ясно.
— Так кому вы намерены оставить вашу собственность? — осведомился Перри Мейсон.
— Миссис Клинтон Фоули, проживающей на Милпас-драйв, 4889.
Адвокат поднял брови:
— Соседке?
— Да, — ответил Картрайт тоном человека, желающего избежать дальнейших комментариев.
— Очень хорошо, — кивнул Мейсон. — Не забывайте, мистер Картрайт, что вы беседуете с адвокатом, а от адвоката нельзя иметь никаких секретов. Говорите правду — я не обману ваше доверие.
— Но я ведь все вам рассказываю, не так ли? — с раздражением отозвался Картрайт.
Взгляд и голос Перри Мейсона оставались бесстрастными.
— Не знаю, — промолвил он. — Я просто напомнил вам об этом. А теперь расскажите о вашем завещании.
— Я уже все рассказал.
— То есть как?
— Все, что я имею, завещается миссис Клинтон Фоули.
Перри Мейсон воткнул ручку в подставку и побарабанил по столу пальцами правой руки, внимательно глядя на собеседника.
— Ну, тогда поговорим о собаке, — сказал он.
— Собака воет, — заявил Картрайт.
Мейсон сочувственно кивнул.
— Она воет главным образом ночью, — продолжал Картрайт, — но иногда и днем. Это сводит меня с ума. Я не могу выносить это постоянное вытье. Вы ведь знаете — есть примета, что, если собака воет, кто-то поблизости скоро умрет.
— А где находится собака? — спросил Мейсон.
— В соседнем доме.
— Вы имеете в виду, — уточнил адвокат, — что миссис Клинтон Фоули живет в доме по одну сторону от вашего, а воющая собака — по другую?
— Нет, — ответил Картрайт. — Я имею в виду, что воющая собака находится в доме миссис Клинтон Фоули.
— Понятно, — кивнул Мейсон. — Советую вам, мистер Картрайт, рассказать мне все.
Картрайт раздавил окурок в пепельнице, поднялся, быстро подошел к окну, посмотрел наружу невидящими глазами, затем повернулся и возвратился к столу.
— Есть еще один вопрос по поводу завещания, — сказал он.
— Да?
— Предположим, миссис Клинтон Фоули в действительности не миссис Клинтон Фоули?
— Что вы имеете в виду?
— Допустим, она живет с Клинтоном Фоули как его жена, но на самом деле таковой не является?
— Это ничего не изменит, — медленно произнес Мейсон, — если вы описали ее в завещании как «миссис Клинтон Фоули, женщину, которая в настоящее время проживает с Клинтоном Фоули на Милпас-драйв, 4889, в качестве его жены». Другими словами, завещатель имеет право оставить свою собственность тому, кому пожелает. Терминология описания важна лишь в том смысле, в каком она объясняет намерения завещателя. Например, зачастую мужчины, умирая, оставляли собственность своим женам, но выяснялось, что они не являлись законными супругами. Бывали даже случаи, когда люди завещали имущество сыновьям, а потом оказывалось, что они вовсе не их сыновья…
— Меня не заботит подобная чепуха, — нетерпеливо прервал Артур Картрайт. — Я спрашиваю вас о конкретном случае. Это что-то меняет или нет?
— Абсолютно ничего, — ответил Мейсон.
Взгляд Картрайта внезапно стал хитрым.
— Ну а если существует настоящая миссис Клинтон Фоули? Предположим, Клинтон Фоули когда-то вступил в законный брак и до сих пор не развелся, а я завещаю свою собственность миссис Клинтон Фоули?
— Я уже объяснил вам, — ответил Перри Мейсон тоном человека, успокаивающего беспочвенные страхи, — что важны только намерения завещателя. Если вы оставляете собственность женщине, которая сейчас проживает по указанному адресу в качестве жены Клинтона Фоули, этого вполне достаточно. Но, насколько я понимаю, Клинтон Фоули жив?
— Конечно, жив. Он мой сосед.
— Ясно, — небрежно произнес Мейсон, осторожно нащупывая путь к тому, что его занимало. — И мистер Клинтон Фоули знает, что вы намерены завещать вашу собственность его жене?