— Слушай, Пол, я хочу увидеть ее так, чтобы полиция не знала об этом.
— Ни одного шанса на миллион. Ты же знаешь полицию не хуже меня.
— Ладно, Пол, жди меня у лифта. Скоро я приду, и мы вместе что-нибудь придумаем.
— Я чувствую, что рано или поздно ты засадишь меня в тюрьму, — простонал Пол.
— Ну тебя-то я выручу оттуда быстро. Жди, Пол. — Мейсон повесил трубку.
Глава 9
Мейсон, переодетый во взятую напрокат у театрального костюмера белую униформу мойщика окон, нес в правой руке несколько резиновых щеток для мойки стекол. За ним, держа в каждой руке по ведру с водой, выступал одетый точно так же Пол Дрейк.
— Ты неплохо выглядишь в этом наряде, — мрачно сказал Дрейк. — А я, выходит, твой помощник.
Мейсон усмехнулся, но ничего не сказал. Они дошли до грузового лифта и поднялись на шестой этаж. По коридору шел широкоплечий мужчина с могучим подбородком, он внимательно осмотрел их. Двое работяг, не обращая на него внимания, дошли до конца коридора и открыли окно возле пожарной лестницы.
— Он на нас смотрит? — спросил Мейсон, перекидывая ногу через подоконник.
— Да так, вполглаза, — отвечал Пол Дрейк, стоя в коридоре. — Давай поживее берись за работу.
— И это ты говоришь мне? — спросил Мейсон, протирая окно.
— Можно ли быть уверенным, что в комнате никого нет? — спросил Дрейк.
— Нет, — ответил Мейсон. — Ты встань со щеткой спиной к двери и тихо постучи. Но смотри, чтобы он не видел этого. — Юрист кончил полировать окно сухой тряпкой.
— Я стучал дважды, но ответа нет, — сказал Пол.
— Сможешь открыть дверь без шума?
— Попробую, только сначала надо осмотреть замок.
Дрейк достал из кармана набор ключей, и они подошли к двери.
Мейсон встал так, чтобы заслонить собой Дрейка, а тот сунул ключ в скважину. Чуть слышный щелчок возвестил о том, что дверь отперта. Они осторожно вошли в комнату.
— Ее комната соседняя справа? — спросил Мейсон.
— Да.
— А ты уверен, что она там?
— Не совсем.
— А то как бы нам не пришлось плохо. Ну ладно, давай ремень.
Пол вытащил из кармана страховочный ремень и помог Мейсону надеть его. Мейсон встал на подоконник и закрепил крючок ремня в специальной скобе возле окна.
— Дай ведро, — попросил Мейсон.
Пол передал ему ведро с водой. Мейсон принялся протирать окно, потом постучал в стекло. Женщина в нижнем белье поспешно накинула на плечи кимоно и подошла к окну; лицо у нее было рассерженное.
Мейсон жестами попросил ее поднять окно.
Сильвия Бассет подняла раму.
— Вы что, с ума сошли?! — закричала она. — Как вы смеете мыть окно, когда я одеваюсь? Я пожалуюсь управляющему.
— Говорите потише, — сказал ей Мейсон.
— Это вы?! — воскликнула она, узнав юриста.
— Тихо! У нас мало времени, — сказал он. — Нам нужно обо всем договориться. Вы знаете, что Брунольд арестован?
— Брунольд? — спросила она и нахмурилась.
— Да, Брунольд.
— А кто это?
— Разве вы не знаете его?
— Нет.
— Почему вы скрылись под чужим именем?
— Я хотела отдохнуть.
Он указал на вещи, стоявшие возле кровати:
— Это ваши вещи?
— Да.
— Вы все это взяли ночью?
— Нет.
— А когда?
— Дик принес рано утром.
— Что там лежит?
— Мои личные вещи.
— Вы решили удрать?
— У меня нервы не в порядке. Я хочу уехать на несколько дней, пока все не уляжется.
— Вы несчастная маленькая дурочка. Неужели вы думаете, что вам это удастся?
— А почему бы и нет?
— Бегство равносильно признанию виновности.
— Никто меня не найдет.
— Полиция следит за вами. Стоит вам отсюда выйти, как вас арестуют.
— Вы заблуждаетесь, — сказала она. — Я вовсе не убегаю. Я просто не хочу…
— Послушайте, — перебил он ее. — Внизу и возле вашей комнаты сыщики. У лифта тоже. У коммутатора сидит полицейский. Вы окружены со всех сторон, следят и за вашим сыном. Ваши разговоры прослушиваются. Теперь…
Она схватила себя за горло, словно ее душили.
— Боже мой! Вы думаете, что?..
— Расскажите мне все, что случилось после моего ухода.
— Ничего особенного. Они задали мне несколько вопросов. Потом я устроила истерику.
— Что вы им рассказали?
— Я сказала правду. Что хотела видеть мужа по делу, вошла в приемную и обнаружила там на полу Хейзл Фенвик. Рассказала, как я приводила ее в чувство и что Фенвик, очнувшись, сообщила нам об одноглазом мужчине, который вышел из кабинета мужа.