Но самым странным были «Надзиратели». Так их, видимо, прозвали. Это были авроры в парадной форме, но они не патрулировали. Они стояли неподвижно у стен, у входов в лифты, у фонтана. Как статуи. Их лица были лишены всякого выражения, а глаза… их глаза были пусты. Они не смотрели на людей. Они смотрели сквозь них. Они напоминали Гарри тех студентов в Хогвартсе, чей разум коснулся разлома.
Система была не просто напугана. Она была больна. Вирус страха и паранойи, запущенный событиями на Тисовой улице, давал метастазы.
Гарри натянул капюшон своей мантии ниже, сливаясь с тенью, и двинулся к лифтам. Ему нужен был девятый уровень. Отдел Тайн.
В лифте было еще хуже. Четверо волшебников и один «Надзиратель». Никто не говорил. Все смотрели в пол. Гарри чувствовал на себе пустой, немигающий взгляд аврора-статуи. Он не узнавал его. Просто чувствовал… отсутствие. Словно внутри формы был не человек, а пустота.
Когда лифт остановился на его уровне, он выскользнул наружу, как тень.
Коридор, ведущий в Отдел Тайн, всегда был темным и тихим. Но теперь тишина была другой. Она была… плотной. Давящей. Гарри шел по черному как смоль полу, и ему казалось, что он тонет.
Дверь в Круглую комнату с вращающимися дверями была приоткрыта. Он заглянул внутрь. Там, посреди комнаты, стоял Кронос, глава Невыразимцев, и еще двое в серых мантиях. Они не работали. Они смотрели на объект, парящий в центре зала.
Это была рамка от фотографии. Та самая, из дома Дурслей. Пустая. Она висела в воздухе, окруженная мерцающими рунами.
— Никакой остаточной магии, — скрипел Кронос. — Никаких следов. Объект просто… перестал существовать внутри рамки. Он не исчез. Он был вычтен из реальности.
— Как и дом, — сказал другой Невыразимец. — Полное аннулирование. Это не похоже ни на одну известную нам магию разрушения. Это… онтологическое оружие.
— Поттер и та женщина были в эпицентре, — произнес Кронос. — Они либо контролируют это оружие, либо являются его носителями. В любом случае, они должны быть найдены. И изучены. Любой ценой.
Гарри отступил в тень. Они не просто охотились на него. Они считали его носителем чумы. Его собирались препарировать.
Он знал, куда ему нужно. Не в комнату с пророчествами и не в комнату со временем. В архив. Место, где хранились записи обо всех экспериментах Отдела Тайн. Даже о тех, которых официально никогда не было.
Он проскользнул мимо Круглой комнаты, двигаясь по памяти по лабиринту коридоров. Дверь в архив была запечатана заклятием, которое должно было превратить любого, кроме Невыразимца, в горстку пепла. Но Гарри не был обычным волшебником. Он прикоснулся к замку, закрыл глаза и сосредоточился на своем шраме. Он потянулся не к магии, а к той тьме, что осталась в нем от Волдеморта, к той части себя, что знала о запретных искусствах больше, чем любой закон.
Замок щелкнул.
Он вошел внутрь. Бесконечные стеллажи, уходящие во тьму, заставленные серыми коробками без надписей. Где-то здесь, в этом мавзолее секретов, был ответ. Ответ на вопрос о Филадельфии.
Он достал палочку, прошептав: «Люмос».
И в этот момент все лампы в архиве вспыхнули ослепительно-белым светом, и со всех сторон раздался оглушительный вой сирены.
Вой сирены бил по ушам, смешиваясь с топотом бегущих ног в коридоре. Гарри оказался в ловушке. Бежать было некуда. Стеллажи архива превратились в решетку лабиринта, который вот-вот заполнится охотниками.
Он рванулся вперед, вглубь архива, подальше от входа. У него не было времени на поиск по каталогам. Он должен был довериться интуиции. Довериться той связи, что установилась между ним и Гудако, той аналогии, которую она ему подбросила.
«Филадельфия». Эксперимент с пространством. Корабль.
Он бежал мимо стеллажей, его взгляд лихорадочно сканировал едва заметные пометки на коробках. «Проект: Хроносфера», «Теория Струн Блэквуда», «Нуль-Транспортировка». Все это было не то. Это были теории, расчеты. Ему нужен был результат. Катастрофа.
Топот ног становился громче. Авроры и Невыразимцы врывались в архив.
— Он здесь! Перекрыть выходы! — голос Долиша эхом разнесся по помещению.
Гарри нырнул за угол стеллажа и замер. Впереди был тупик. Но в конце этого тупика, на отдельном постаменте, стоял не ящик. Это был объект.
Большой, обугленный кусок металла, покрытый странными кристаллическими наростами, которые тускло пульсировали фиолетовым светом. Он выглядел как фрагмент обшивки корабля, прошедший через ад.
Но самое страшное было то, что было внутри металла.