— А я Нина Павловна, мать мэра Веселовска. Вы, должно быть, уже слышали о нем?
— Слышала. — Мне удается только механически кивнуть: я чувствую себя явно не в своей тарелке.
Женщина эта, конечно, с виду доброжелательная, но чего можно ожидать от матери мэра?
Беседа толком не успевает завязаться, как наружу вылетает Артем.
— Я готов. — А затем оборачивается ко мне. — Солнышко, я, правда, сегодня не могу. Но вылазка не отменяется, я уже отправил к тебе нового гида. Посмотришь город с Ваней, со своим старшим, а мне, к сожалению, нужно идти. Может быть, потом ты меня поймешь. Прости…
Вижу, как его терзают угрызения совести, поэтому просто в ответ безразлично пожимаю плечами.
— Ваня так Ваня. Теперь я буду сидеть у крыльца и ждать.
Нина Павловна направляется к машине, а Артем, бросив на меня пару виноватых взглядов, шагает вслед за ней.
Осмотревшись по сторонам, думаю, где можно присесть, но кроме нескольких яблонь и старого сарая на заднем дворе, у которого Артем рубил дрова, больше ничего не нахожу. Вообще странно при их работе и с такой зарплатой иметь старенький дом без всякой пристройки на улице. Хотя, возможно, они мало бывают дома. Может, ответ кроется в этом? Вот где дядя сейчас, к примеру? Чем занят? Я же к нему приехала, а он вообще неуловимое создание.
В итоге, аккуратно постелив большой пакет, я устраиваюсь под яблонями и достаю из сумки планшет. Надо закончить рисунок. Как раз снова хочется нарисовать что-то мрачное: настроение плюс-минус одинаковое.
Опять получается что-то в духе абстракции, только посередине изображена дверь, из которой вылетают некие духи тьмы, заполняя собой весь холст. Ну вообще-то довольно красиво и интерьерно выходит. Я бы на стену повесила.
Размышляя, добавить цветности или нет, замечаю, как подъезжает маленькая черная двухместная машина — прошу заметить, выглядит она как очень дорогая. Дверца машины открывается, и из нее выходит Ваня в солнцезащитных очках, футболке-поло и брюках. Он всегда так важно и официально выглядит — выражаясь проще, вроде по классике, но с примесью пафоса? Да-да, именно эти самые дорогие часы на его запястье, на которые Ваня сейчас смотрит, эту примесь и создают. Хотя я ценю аккуратность, поэтому его внешний вид привлекает внимание. Даже на работе он выглядит не так стильно, а сейчас мой взгляд почему-то цепляется за него.
Погасив планшет, я убираю его в сумку, затем поднимаясь со своего места, отряхиваю пакет от земли и, аккуратно сложив, прячу его туда же. Осматриваясь по сторонам, Ваня замечает меня и ждет. Увидев его слегка приподнятую в приветственном жесте руку, я киваю в ответ. Подхожу к машине, и у меня неожиданно вырывается:
— Может, я дома останусь?
Ваня озадаченно смотрит на меня и поднимает очки на голову.
— А я зря ехал? Сразу бы и сказала. — В его голосе не чувствуется обида, но ему определенно неприятно услышать это от меня.
— Ладно, прости… Поехали, — тяжело вздыхаю и сажусь в машину.
— Все нормально? — перекидывая ремень безопасности через плечо, спрашивает Ваня.
Мне не надо напоминать о пристегивании: я делаю это автоматически, как только закрываю за собой дверцу.
— Нормально. Просто не люблю людные места и все еще не решаюсь вообще куда-либо ехать, — честно признаюсь, представляя в голове многолюдные парки.
— Учту, — кивает он, осматриваясь по сторонам, и выезжает на дорогу. - Хотя город сейчас перекрыт. Особо можешь не переживать.
— Перекрыт?
— Да-а… - Ваня так удивленно изгибает брови, словно данный факт очевиден. — Перекрыт.
— А… почему? — До сих пор не могу понять логику этого правила и как оно работает. — То есть это у вас в порядке вещей?
— Вроде того. Мы — туристических городок для пафосных индюков, которые оплачивают билеты на въезд. Строго рассчитано количество людей, чтобы не проседало качество мероприятий.
— Пафосных индюков? — усмехаюсь, бросая на Ваню вопросительный взгляд.
— Ага, - кивает он, слегка улыбнувшись уголком губ. — После своего первого фестиваля все поймешь.
— Ой… А можно не ходить? — с нервной дрожью в голосе спрашиваю я, представляя, как это будет.
— Думаешь, твоя родня тебе позволит? Один только Артем тебя к центральной площади цепями привяжет.