— А чего ты ждешь?
— Думаю, как скрасить его ожидание. — Секунда, и мое лицо озаряет улыбка, якобы свидетельствующая о том, что я знаю ответы на все вопросы.
— Думай быстрее.
— Кто тут начальник? — усмехаюсь, хмуря брови.
— Вы, Артем Николаевич, определенно вы, — получаю в ответ натянутую улыбку и фирменный хмурый взгляд Лены.
— Я знаю, — самодовольно улыбаюсь, показывая, что рад своему коронованному месту.
— Знать и соответствовать, мой дорогой, это разные вещи. — Лена, как обычно, включает воспитательницу.
— Так, Ленок, не заводись, а то Стасику твоему расскажу, что ты меня дорогим называешь. — Поднимаюсь с места, снова разворачиваю Лену к двери и чуть подталкиваю к выходу. — Могу шлепнуть по попке для ускорения, если хочешь.
Встречаясь с моей ехидной улыбкой, которая украсила мое лицо после непристойного предложения, Лена начинает злиться, но сдерживается. Сначала начинают смеяться глаза, а губы еле сдерживают просящуюся наружу улыбку.
— Треснуть хочешь? — уточняю, играя бровями.
— Ты неисправим! — тяжело вздыхает Лена, успокаиваясь, но легкая улыбка трогает ее губы.
— Я золотко, и ты это знаешь.
— Знаю. — Лена по-сестрински треплет меня по щеке. — Прости, что обидела. Ты соответствуешь. Просто разбудить и отвлечь хотела, сам знаешь, от чего.
Отпустив мою щеку, она дважды похлопывает по ней ладошкой и с довольным видом выходит из моего кабинета.
А я, вернувшись на свое рабочее место, приступаю к работе. Выходные уже не за горами, и по-хорошему, надо уже выезжать на территорию фестиваля и следить за подготовкой, но не в этот раз. Данный фестиваль я не переносил всеми фибрами души, поэтому все прямые организационные моменты поручил Лене. Сложно создавать радостную атмосферу праздника, который просто ненавидишь…
Отработав смену, я не задерживаюсь на работе и жду Свету в машине. С пятницы по воскресение меня в офисе не будет, так что мысленно я погружаюсь в грядущие выходные. Как раз за этот большой период отдыха решу вопрос с тем клиентом.
От мыслей меня отвлекает хлопок двери, и я смотрю внимательным изучающим взглядом на то, как Света устраивается на соседнем сиденье и снова спешно натягивает наушники. Смотрит в сторону. Нервничает.
«Вот и хорошо, Артем. Просто не трогай ее».
Говорю себе одно, а фактически делаю другое. Скидывая с нее наушники, как и с утра, ловлю на себе возмущенный взгляд.
— Отдай! Немедленно! — резко выпаливает Света, вцепляясь обеими руками в корпус наушников.
— Ладно-ладно. — Отпускаю и поднимаю руки в знак капитуляции. — Ты чего так нервничаешь?
Взгляд Светы бегает по моему лицу и теряется, затем она опускает глаза на наушники и приводит их в порядок, подгоняя раздвижные части обратно на нужный ей размер. Как только я решаю, что она будет меня игнорировать, слышу ее ответ.
— Ты мне за жвачку даже спасибо не сказал, — ворчит она, обхватив наушники и отвернувшись к окну.
Я не сдерживаюсь и заливаюсь смехом. Этот ответ — нечто! Ничего более нелепого я в жизни не слышал!
— Так ты меня за колесо обозрения тоже не отблагодарила, — успокаиваясь, покачиваю головой и перевожу дыхание. — Ну ладно, так уж и быть, огромное тебе чистосердечное человеческое спасибище. Тебя это устроит, или я немного переборщил?
— Устроит. Поехали уже!
Еще раз усмехнувшись в ответ на ее слова, покачиваю головой и завожу мотор.
Едем мы в тишине. Света не торопится растворяться в музыке, а я не тороплюсь с ней общаться. Только переглядываемся между собой, не больше. Понятия не имею, что значат наши взгляды, более того, даже не стараюсь анализировать: лишняя информация. Во всяком случае, мне так хотелось думать. И вроде мой намеченный план идет, как нужно, пока мы не доезжаем до дома.
Света молча выходит из машины, скидывает сумку на крыльце, берет из нее планшет и устраивается прямо на траве возле яблонь. Долго думаю, глядя на нее, но все же решаю выйти из машины и присаживаюсь рядом, сразу получив в ответ на мои действия возмущенный взгляд.
— Мешаю? — спрашиваю почти шепотом, так нежно, что Света, теряясь, пожимает плечами.