«Мои цели он разделяет».
Если такой опасливый человек, как Ваня, разделяет задумку Артема, может, он действительно за справедливость?
Ох, голова пухнет! Чую, во всей этой истории много неоднозначных и подводных камней.
Задумчиво глядя в никуда, замечаю, что уставилась на Шута и Лену. Странно, что Артема с ними нет. А может, это шанс что-то у них узнать?
Недолго думая подсаживаюсь напротив ребят за их столик. Смелый ход, от самой себя не ожидала. Но эмоции и любопытство толкают людей на всякое.
— Привет, — стараюсь приветливо улыбнуться, но в итоге зажимаюсь, отводя взгляд немного в сторону.
— Привет, Свет, — первым здоровается Шут.
А вот вместо Лениного приветствия я встречаюсь с ее гневным взглядом, под давлением которого можно было расплавиться. Она что, так не рада что я подсела? Не успеваю предположить, что у нее в голове, как ответ из ее уст исходит сам:
— Вздумаешь обидеть Артема — шею сверну! Твой игнор и твоя позиция и так недостойное поведение. Он этого не заслужил. Ты кто? Судья? А ты проживи хоть день его жизни, и посмотрим, кто из чего слеплен. Ты даже не представляешь, через какие трудности он прошел и какой кремень из него получился!
— Хей-хей, ты чего? — пытается успокоить ее Рома.
— Отстань! — бросает Лена. — Сказала, что думала!
Взяв сумку, она резко поднимается с места и удаляется тяжелыми шагами.
— Прости, я, видимо, не вовремя. — Опустив взгляд, поднимаюсь с места, но Шут останавливает меня.
— Да погоди ты! Лена такая… в общем, со своими «тараканами». В голову не бери. Артем так не думает и зла ни на кого не держит. — Глубоко вздохнув, Шут решает сменить тему: — Ты чего подсела-то?
— Да хотела про Артема немного разузнать, — скромно и в то же время мечтательно заявляю я, но в ответ ловлю Ромину усмешку, после которой приходится немного исправиться: — Если получится.
— И что тебя интересует?
— Какие у него цели? — стараюсь, чтобы мой вопрос звучал уверенно, и смотрю прямо в глаза Роме.
— Правильные у него цели, только осветить такую правду у многих яиц не хватит. У Артема они есть. Дело там тонкое, у него спрашивай. Что мог, я тебе сказал. — Хоть голос Ромы и кажется грубоватым, но от него веет каким-то добром.
— Спасибо, — благодарно киваю, искренне улыбнувшись.
— Да не за что. Я тебе толком ничего и не сказал.
— Это как посмотреть…
— Там тебе еду принесли, — кивает Рома в сторону моего столика.
— Я тогда пойду поем. — Встаю с места и выхожу из-за стола.
— Приятного! Обращайся, если что, я не кусаюсь, Лена — тоже. Она просто колючая, как еж, с теми, кто обижает Артема.
Теперь приходит моя очередь усмехаться.
— Я его и не обижаю.
— У нее свои критерии обиды, — с полуулыбкой объясняет мне Шут.
— Буду знать, — киваю и удаляюсь за свой столик.
В конце рабочей смены сразу уезжаю с дядей домой.
Лежа перед сном в кровати и глядя в потолок, перебираю в голове слова Лены. Может, она права и я веду себя недостойно? Лично мне Артем ничего плохого не сделал, чтобы его игнорировать, да и доказательств того, что он в чем-то замешан, у меня нет. А что касается телефонного разговора, то фразу всегда можно вырвать из контекста.
Тяжелые мысли не дают мне покоя, поэтому я не могу ни порисовать, ни погрузиться в чтение. Так и лежу в раздумьях, пока в итоге не засыпаю.
Только крепко поспать мне тоже не удается. Накинув на ночную сорочку тонкий халат, подхожу к окну. Сегодня так жарко, что оно открыто. Правда, смотреть особо не на что, да и на улице ведь темно.
В надежде нагнать сон решаю спуститься на первый этаж, чтобы попить чаю. Только в свете почти бесшумно работающего телевизора замечаю на диване спящего Артема, а на журнальном столике рядом с ним — открытый ноутбук и хаотично разложенные папки с документами.
Подойдя ближе, касаюсь ноутбука. Судя по тому, что он холодный, не подключен к сети, а экран погас, батарея разрядилась уже давно. Хочется аккуратно сложить документы, но я не знаю, в какой последовательности они должны лежать. Думаю, нарушать творческий беспорядок не стоит, только медвежью услугу окажу.