— Понял, — киваю и, недовольно морщась, проглатываю ее слова. — Пошли уже работать. Надо голову чем-то занять.
— Радость людям? — с кривой улыбкой напоминает мне Лена мою мантру.
— Радость людям. — После сказанной фразы натягиваю улыбку и, не теряя при этом сосредоточенности, возвращаюсь к работе.
Как и обычно, есть недовольные посетители, ведь к нам чаще всего приезжают капризные сливки общества. Всем нужно что-то особенное, но чаще всего им нужен я.
Как обычно все зовут администратора, так и у нас зовут организатора. Когда ты имеешь огромную силу голоса, все в городе жаждут с тобой пообщаться. Это порядком выматывает, но это моя работа. Да и полезные связи никто не отменял. А заводить полезные знакомства, проявлять должное внимание и угождать, где надо, я умею.
Время для меня в этом непрекращающемся бешеном потоке летит незаметно. Счетчик «искры» близится к нулю, а я незаметно для себя весь вечер пытаюсь быть там, где находится Света.
Вот она выигрывает очередной конкурс, связанный с рисованием. Ваня зовет ее попробовать что-то еще, и они зависают на локации интеллектуалов, решая какие-то задачи на скорость. Затем смотрят на соревнования танцоров. Вот тут спасибо, что зависли! Я и сам не прочь посмотреть. В очередной раз благодарен самому себе за это неоновое шоу. После этого Света и Ваня решают подкрепиться. Света снимает туфли и ходит по аккуратному газону возле их столика в ожидании Вани.
Солнышко, ты определенно романтик! И как же мне хочется тебя удивлять! Хоть Света и выглядит немного уставшей, но лицо у нее мягкое и расслабленное. То смотрит себе под ноги вымеряя шаги, то поднимает взгляд на ясное небо, усыпанное звездами. Она определенно счастлива в этот момент. Этого я и добивался.
Смотрю на нее издалека, как дурак, с глупой довольной улыбкой, пока на горизонте не появляется Ванечка. Всю ночь ходит голый и расписной. Парень, ты не замерз? Я не злюсь, ведь не за что. Ревную? Возможно, но понимаю, что в этом нет прока и смысла.
— На что смотришь? — Вот и Вероника! Снова.
— Да так, слежу за порядком. Скоро все кончится, — немного устало выдыхаю и оборачиваюсь с улыбкой к своей очаровательной собеседнице.
— Кстати, я об этом: какие планы после окончания?
Добродушно смеюсь, прикрывая глаза, а затем лениво поднимаю веки.
— Ты удивишься, но я думаю, все же сон. Этот фестиваль заставляет меня много работать без перерыва перед проведением, затем само проведение — это финальный залп моей энергии, и затем из года в год, каждый раз я прячусь от всего мира на три дня. Мне нужна перезагрузка, так что, пожалуй, я впаду в спячку. Без обид.
— Да ладно, какие там обиды! Просто я улетаю, значит, спешу заметить, что сейчас мы видимся в последний раз, — с грустью замечает Вероника.
— А как же твой день рождения? Осенью я весь твой, не забывай об этом, ладненько?
— Ладненько, — поджимая губы, вздыхает она, и я понимаю, что мои слова ее не утешили.
— Иди сюда. — Привлекая к себе Веронику заключаю ее в объятия.
Она приятно пахнет — первое, что успеваю отметить, уткнувшись в ее волосы. Первое и последнее, потому что через ее плечо вижу смотрящую на нас Свету. Та определенно смущена и озадачена, но, заметив мой взгляд, сначала застывает, а потом Ваня вовлекает ее в разговор. Черт, теперь они вместе на нас смотрят!
Вероника ослабляет объятия, томно целует меня в щеку и шепчет на прощание:
— До встречи, Артем. Я буду очень ее ждать. — И уходит, плавно покачивая бедрами, наверное, надеясь, что я смотрю ей вслед.
Но я не смотрю — вернее, смотрю ровно секунду, чтобы мне хватило времени понять ее жест.
Ну что, Света, я тебя заберу. Покажу кое-что. А затем будем соблюдать дистанцию?
Так ведь будет лучше? Я ведь поступаю правильно?
Света
И почему у меня внутри что-то ломается, когда я вижу, как Артем обнимает Веронику? Я начинаю привыкать к нему как-то по-особенному — к его вечной улыбке, нежным прикосновениям, убаюкивающему голосу… Что, если я ошибаюсь, думая о нем плохо? Но его личность настолько покрыта тайнами, что приходится в какой-то мере постоянно быть начеку. И если я его немного внутренне опасаюсь, то почему сейчас мне… больно?