— Свет, я уверен, что он за нами следит. Прям по пятам ходит. Не хочет из виду тебя упускать, а с этой Вероникой, может, еще и позирует напоказ, специально. Или вообще ему от нее что-то надо. Артем — человек выгоды, иначе как объяснить его непонятные отношения с мэром? — Впервые за весь вечер мне хочется чем-нибудь треснуть Ваню.
— Он не позер. — Я хотела высказать больше, но решаю ограничиться этим, прикусив язык.
— А зачем ему на сцену было в начале фестиваля подниматься? Он всего лишь организатор — не ведущий и не артист. Организатор! — Пока Ваня пытается на что-то открыть мне глаза, с моих губ срывается только нервная усмешка. — Ладно, прости. Просто… Просто я, кажется, тебя ревную.
Этих слов от Вани я никак не ожидала. Медленно разворачиваюсь к нему, задержав дыхание и распахнув глаза, не понимая, что нужно говорить в таких случаях.
Только вот от крайне неловкой ситуации меня спасает неожиданно появившийся Артем. Ну как спасает... Возможно, создает новую.
— Готова, солнышко? — Его губы растягиваются в привычной улыбке, и он протягивает мне руку.
Я мечусь взглядом между Ваней и Артемом, не понимая, что девушки вообще делают в таких случаях.
— К чему готова? — Сначала мне кажется, что вопрос адресован мне, потому что Ваня с неким подозрением начинает изучать взглядом мою реакцию, но затем переключается на Артема. — Вы о чем?
— Да, собственно, ни о чем. Просто солнышко уходит со мной. — Затем Артем, опираясь рукой на стол, нависает надо мной. — Ты же помнишь, что обещала мне эту ночь?
Ваня каменеет, его лицо не выражает никаких эмоций, но его хорошо выдает напряженное обнаженное тело. Я же просто краснею и отвожу взгляд немного в сторону, не выдерживая прямого натиска Артема.
— Формулировка там была немного другая, — тяжело вздыхая, поправляю его и облизываю пересохшие от волнения губы.
— Суть не меняется. Одна ночь. Все, что от тебя прошу, солнышко. Доверься мне. — Голос Артема переходит на шепот, но я уверена, что Ваня все слышит, так как сидит достаточно близко.
Только я уже начинаю забывать о его присутствии, ведь манящий голос Артема заставляет меня посмотреть в его серо-зеленые глаза, во взгляде которых ощущается смесь надежды, искренности и боли, и сердце в груди сжимается.
— Пойдем, — киваю в ответ, и меня пробивает нервная дрожь, которую отчаянно хочется скрыть, хотя, может, никто, кроме меня, этого не замечает.
Глаза Артема победно сияют, он берет меня за руку и помогает подняться со стула.
— До завтра, Ванечка. Сегодня ее не ищи, — бросает на прощание ему Артем.
— Прости, — шепчу напоследок, бегло бросив виноватый взгляд, прежде чем Артем переплетает наши пальцы и уводит меня в неизвестном направлении.
Когда мы отходим достаточно далеко, чтобы я немного пришла в себя, я отдергиваю руку, заставляя Артема притормозить.
— Я могу и сама пойти, — подмечаю вслух, а сама и вовсе не знаю, чего я хочу.
— Прекрасно понимаю, что можешь, но сегодня правила буду писать я. Поэтому… — Он на секунду замолкает, чуть сильнее сжав мои пальцы, а затем, расслабив, продолжает: — Наслаждайся моментом.
По инерции иду за ним вперед, пытаясь сформулировать ответ, но Артем резко останавливается, и я врезаюсь в него. Вернее, он ловит меня за плечи.
— Я тебя не обижу, лишнего не позволю, но кое-что показать просто обязан. Я… — он мнется в попытке что—то сказать, жмурится, закусывает губу, но в итоге, взяв меня за руку, разворачивается и ведет дальше. — Давай сначала доберемся до места.
И что это было? Впрочем, его поведение постоянно сбивает меня с толку. Ладно, буду надеяться, что он как-то объяснит мне свои действия.
Идем мы достаточно стремительно и, как я понимаю, к окраинам фестивальной зоны. Издалека замечаю Рому, облокотившегося о мотоцикл и явно ожидающего нас.
— Шут! — окликает друга Артем, а затем ловит в воздухе кинутые им ключи. — Спасибо, дружище!
Рома отходит от своего железного коня и криво улыбается, глядя на меня.