Света
Встаю с кровати и заправляю постель. Не могу уйти из комнаты, оставив в ней беспорядок. Тщательно осматриваю все вокруг и, удовлетворенная увиденным, ухожу приводить себя в порядок. Взяв чистую одежду и свои туалетные принадлежности, выхожу из комнаты и слышу шелест страниц.
Видимо, кто-то прикрепил эту небольшую книжку к ручке двери, ибо, когда я открываю дверь, что-то падает на пол прямо перед моим носом. Подняв находку, принимаюсь читать обложку.
«Мануал для нового жителя Веселовска. Руководство начинающего пользователя». Забавно! От любопытства решаю немного полистать. Тут и карта города, и анкеты местных жителей, а еще куча заметок с уточнениями и историей. Интересно, откуда это?
Все это, конечно, прекрасно, но нужно умыться. После душа привожу в порядок волосы: ведь без идеального высокого хвоста с парой прядей у лица и малого количества лака для легкой фиксации выйти из дома почти невозможно. Хвост иногда сменяют распущенные волосы, но их приходится часто расчесывать.
Из-за своей дотошности я трачу больше времени на сборы, чем хотелось бы, но какой тогда смысл вообще приводить себя в порядок, если не сможешь удовлетвориться результатом? Поэтому я всегда все делаю на совесть.
Дядю поутру я почему-то не обнаруживаю, да и Артема нигде не было видно. Может, они во дворе? Это ведь не квартира, где, если ты не нашел человека в четырех стенах, то, значит, он не дома. Тем более еще утро. Вряд ли они куда-то ушли.
Ладно, посмотрим. Одевшись, выхожу на улицу и начинаю осматриваться по сторонам. Вроде никого. Но, услышав стук топора позади дома, решаю пройтись и глянуть, что происходит. Зайдя на задний двор, вижу, как Артем рубит дрова. Все бы ничего, но его кофта повязана на поясе, что, в свою очередь, открывает взор на его подтянутый и крепкий торс. В полглаза можно заметить, как хорошо и аккуратно он сложен. Я почти не виню себя, что засмотрелась. Почти…
Братец приветственно машет мне издалека рукой и продолжает свою работу.
— Доброе утро, солнышко. — И чурка от удара топора разлетается пополам.
— Где дядя Коля? — спрашиваю коротко по делу, боясь, что он меня заболтает.
— Папа-то? Так его срочно вызвали по работе. — И снова стук топора.
Только сейчас я понимаю, что зачем-то неотрывно смотрю на Артема. Он — словно кадр из фильма или момент из книги: молодой, красивый, сексуальный, с топором в руках. Черт, неужели я об этом сейчас подумала?! От неловкости отвожу взгляд, пытаясь отогнать мысли прочь.
— На работу я не иду, значит? — озвучиваю свою мысль, глядя на часы на левой руке.
— Почему же? Идешь. Я тебя отвезу и расскажу все. Его магазин — мой магазин. Так что я тоже тебе начальник. Вдобавок ко всему магазин пристроен к офису организации городских фестивалей, а мой рабочий кабинет именно там. Всегда сможешь меня найти, и я решу любой вопрос, если буду не сильно занят и дело будет действительно важное, — в процессе заготовки дров объясняет Артем, а затем останавливается, и я ловлю его прямой взгляд. — Мануал оценила?
— Пробежала вскользь. Зачем он мне? И откуда у тебя вся эта информация? — честно признаюсь, с тяжестью принимая тот факт, что мне еще и под началом Артема работать придется. Вот так влипла!
— Мой тебе совет: вызубри все от корки до корки. Он, правда, пригодится. Будет полезно знать, как у нас все устроено. — Затем, немного подумав, брат делает пару шагов мне навстречу и продолжает, чуть понизив голос, словно это какой-то секрет: — Сразу скажу, магазин — это ограниченное пространство без разностороннего опыта жизни. Может, если начнешь разбираться в устройстве Веселовска, я возьму тебя к себе в команду.
— Так, если ты хочешь взять меня к себе в команду, которая, между прочим, непонятно чем занимается, почему в книжке о тебе ни слова? — Всего лишь выводы и наблюдения. И что ему вообще от меня надо?
— Значит, все-таки читала. — Более довольное лицо и представить невозможно. И чего он вечно такой радостный? — Потому что, если ты хочешь знать что-то обо мне, спроси меня лично.
— Единственное, о чем я хочу знать, это… Полагается ли завтрак? И зачем ты рубишь дрова, если нужно собираться на работу? — Скрестив руки на груди, окидываю его осуждающим взглядом в надежде, что эта раздражающая улыбка хоть немного померкнет.
— Я всю ночь не спал, мою голову разрывают мысли. Мне нужно проснуться и не думать, а физическая активность хорошее лекарство. Тем более дрова мне все же нужны. — Еще шаг мне навстречу, и улыбка не меркнет, а становится еще более игривой. — Еще вопросы, солнышко?