– Отойди, мальчик, в сторонку, не мешайся.
«Я в очереди стою», – надо было бы ответить Вите, но он ещё больше оробел и не ответил. А женщина легонько его оттеснила и встала на его место. За ней уже ещё стояли люди, и впереди было много, а Витя оказался просто так, совсем не в очереди, с зажатым в кулаке рецептом. Что же это такое? Так он и знал, что это очень-очень трудно и ничего он не сможет сделать.
«Я же в очереди стою!» – совсем было собрался крикнуть Витя, но опять не крикнул, а только заплакал.
– Ты что, потерялся? – спросила Витю та самая женщина, которая его оттеснила. – Ты с кем пришёл?
– Я ни с кем не пришёл! Я вот тут стою, – сказал наконец Витя громко и сердито. Сказал и сам удивился. Это очень легко получилось, хотя на него смотрела теперь вся очередь. – У меня бабушка болеет!
– Ну так становись, – сразу сказала та женщина, которая раньше его оттеснила. – Я думала, ты просто так, балуешься.
– Я бы лучше где-нибудь ещё баловался, во дворе, – сказал Витя, хотя, конечно, мог бы этого уже и не говорить. Но он сказал, потому что это очень просто – стоять и разговаривать в очереди с совершенно незнакомыми людьми. А где же ещё разговаривать с незнакомыми людьми, как не в очереди? Рассказал и про бабушку, и про доктора, и про свой двугривенный. Незаметно подошёл его черед, он поднялся на цыпочки и подал в окошечко рецепт.
– Будет готово завтра, – сказали ему. – Давайте следующий.
– Как завтра? – возразил громко Витя. – Бабушке сегодня надо!
В очереди кто-то засмеялся. А Витя совсем не обратил на это внимания, потому что это сейчас неважно, и вцепился в край окошечка, а то его уже отодвигали.
– Бабушке надо сейчас! Там написано «быстро».
– Где написано «быстро»?
– В верхнем углу, вон там. Только другими буквами.
И опять кто-то засмеялся, а кто-то сказал:
– Молодец! Бойкий парень.
– Настойчивый.
И снова очередь глядела на Витю, а ему было и ничуть не страшно и не стеснительно. Только в груди что-то стучало, но совсем не плохо стучало, а даже как-то хорошо, от волнения, наверно, просто. Из окошечка протянулась рука и взяла обратно обклеенный бумажками рецепт.
– Раз уж ты такой настойчивый и так заботишься о своей бабушке, сделаем быстро. Подожди двадцать минут.
Витя сел на скамейку возле кассы и стал рассматривать плакат с огромными мухами. Он не очень внимательно рассматривал, потому что всё думал, каким он стал смелым и это… настойчивым. Просто все удивились. Вите было очень хорошо так сидеть и никого не бояться, никого не стесняться и быть смелым, настойчивым, молодцом. Но вдруг знакомый-знакомый страх снова сковал Витю, сдавил его и уже сжимал ему губы, потому что Витя вдруг подумал, что двадцать минут давно прошли, все про него забыли и ему надо самому об этом напомнить. Подойти и спросить. А как? Теперь стоят уже другие люди, чужие, и из окошечка, может быть, скажут: «Какая бабушка, что ты путаешь? Не мешай». Вите стало совсем-совсем страшно, но он спрыгнул со скамейки и крикнул:
– Дайте моё лекарство!
– Рано ещё, не кричи, – ответили из окошечка. И хотя ответили сердито, у Вити опять радостно застучало в груди, потому что всё в порядке, он со своей смелостью и настойчивостью добился, чего нужно, а сейчас просто рано.
– Вон гляди на часы, – наклонился к нему старичок в очках. – Когда большая стрелка встанет поперёк, – он показал пальцем, как поперёк, – тогда твоё время вышло, можешь требовать. А раньше не шуми.
Витя снова сел на скамейку. И в очереди, оказывается, стояли ещё те же хорошие люди. А может быть, уже другие. Но это всё равно. Обратиться можно к любому человеку. Вот в чём дело. Когда стрелка встала поперёк часов, Витя подошёл к окошечку и получил лекарство. Он крепко держал бутылку с плиссированным голубым колпачком, а мимо него по улице шли прохожие. И каждому было понятно, что идёт человек из аптеки и несёт лекарство. Сам получил. Значит, не мямля какая-нибудь, не трусишка, не плакса, а парень что надо: смелый, настойчивый, молодец.
Вот и бабушка, как глянула, сразу сказала:
– Принёс? И так скоро? Вот молодец.
Зелёное болотце
Конечно, сидеть на заднем крылечке тоже интересно. Оно выходит в маленький бабушкин двор, и Анка сидела там первые дни, когда приехала в деревню.
Правда, разговаривать сначала было не с кем. Утка с самого утра уводила свой выводок на пруд. Куры просто искали, чего бы склевать.