Не получив ответа, серьезно предупредила:
– Вадим, я не оставлю тебя в покое, пока не услышу всю правду. Странно, надо быть последним идиотом, чтобы отказаться от такой выгодной сделки. У них здесь не работа ищет человека, а наоборот. Так что выкладывай все начистоту.
Угрызения совести перестали терзать Вадима. Он окончательно убедился в том, что поступил верно: Валентине стало бы намного горше, если Джонни расторг бы контракт уже в процессе строительства. Джонни, не в пример тому мастеру, с которым постоянно «воевала» Валентина, не вынес бы и трех дней.
– Раз настаиваешь, открою правду. Джонни редкий женоненавистник, – «удовлетворил» ее требование.
– И шут с ним, – не задумываясь ответила, но потом: – А к чему ты клонишь? При чем здесь женщины? Не вижу связи.
– Связь непосредственная. Он считает, что женщина на стройплощадке – это дурной знак, работа не пойдет.
– Что он выдумывает. Так и сказал? – недоверчиво посмотрела на Вадима.
– Да. И вообще, он уверен в том, что от женщин одни беды. Он так считает.
– Интересно, как это бабы сумели ему так нагадить, что он на весь свой лживый век их так возненавидел?
– Наверное, было что-то, он не вдавался в подробности, – Вадим остерегся рассказать ей то, каким образом женщины нагадили.
– Постой! А почему, скажи мне, тогда он согласился? – хищнически впилась в него глазами.
– Я дал ему обещание, что не будет решать с тобой вопросы по работе.
– Это почему же?! – возмутилась.
– Все потому же, – Вадим старался выглядеть невозмутимым.
– А как он хотел6 сделать тяп-ляп и денежки в карман, да?
Валентину не удовлетворили комментарии Вадима.
– Все-таки не верится. Дело тут в другом. Попался ему более выгодный заказ, вот и решил отмазаться, – рассудила она.
– Неправда. Вначале, когда позвонил, сказал, что он готов и чтобы я утром был на месте.
– А ты в ответ сделал доброе дело, приплел меня. Так было? – она недобро сжала губы.
– Валь, если хорошо подумаешь, то поймешь, что поступил я правильно.
– Нет, не правильно! Взялся б он за работу, потом никуда не делся бы.
– Валь, но почему не хочешь понять очевидную истину? Он обязательно свернул бы стройку. Он ходил в церковь, и, как говорил, Бог предостерег его от деловых контактов с женщинами. После того дня, утверждает, дела у него пошли в гору.
– Шутишь? – сдвинула брови.
–Мне не до шуток.
– Врет он! В церковь не ходил и к Богу не обращался. Бог не мог дать ему такое напутствие. Теперь я поняла, в чем кроется причина. Он натуральный импотент, поэтому женщины раздражают его. У здорового мужика женщина всегда вызывает интерес. Он с самого начала показался подозрительным, чутье не обмануло меня.
«Догадку» Валентины воспринял как недвусмысленный намек в свою сторону. «А ведь долгое время я не был с ней», – признался он себе.
– В принципе хорошо, что так вышло, – продолжала тем временем судить Валентина. – Он вызывает отвращение и брезгливость. Не представляю, как могла тогда терпеть его присутствие.
Обман Вадима непредвиденно обернулся благом для всех их троих.
Пригвоздив Джонни к позорному столбу, она поставила на нем крест. Но проблема от этого не перестала существовать. Напротив, она обострилась. Вадим предугадывал, какую тяжелую пытку предстоит пережить.
– Принеси, пожалуйста, мне воды, что-то в горле пересохло, – попросила она.
Вадим исполнил просьбу. Утолив потребность, Валентина задала вопрос:
– А что нам делать теперь? – спросила без волнения в голосе. Не мог же он сидеть сложа руки все это время.
Вадим словно набрал в рот воды, глядел в пол.
– Вадим, не молчи, – насторожилась, предчувствуя неладное.
– Надо подумать, – ответил упавшим голосом.
– Нет у нас времени думать, Вадим, —затем робко спросила: —А разве ты ничего не предпринял?
Он отрицательно покачал головой. Ответ Вадима потряс.
– Возьми любую газету, там найдешь уйму строительных фирм. Ты же так нашел этого Джонни, – посоветовала в растерянности.
– Бесполезно, другого мастера, как Джонни, здесь не сыщешь, – ответил, не поднимая глаз.
– Ну что ты заладил: Джонни да Джонни. Свет клином сошелся на нем? Нужно звонить, ходить, искать. Нам дорог каждый день.
–Не знаю. За десять дней не управиться.
Пассивная позиция Вадима не подчинялась разумному объяснению.
–Вадим, не стоит беспокоиться, в банке подождут, не терять же им проценты. – перешла на просительный тон.
– Не знаю, – он опять покачал опущенной головой. – Понадобится время.
Валентина не хотела верить ни своим глазам, ни своим ушам, хотелось верить в то, что вся эта небывальщина ей только мерещиться.