– Тебе надо, ты и скидывай, если зришь маску.
– Договорились, устрою тебе маленькое тестирование. Узнаю о тебе страшную правду, после сам лично с радостью приму яд.
– Предоставишь огромную радость, избавишь от лишних хлопот. Торопись, счетчик работает.
– Что ж, начнем. Представь себе такую ситуацию. Перед тобой, в пяти-шести шагах, лежат на земле пять долларов. А поодаль, на расстоянии двадцати, скажем, тридцати метров – пятьдесят. Какие деньги поднимешь – те, что ближе, или те, что дальше?
– Вадим, тебе надо в бирюльки играть. Ну что за детский вопрос?! – разочарованно отреагировала Валентина.
– Заблуждаешься! Вопрос совсем не праздный и тем более не детский. В нем сокрыт глубокий смысл, подумай и ответь.
– А что тут думать. Конечно, возьму пять долларов. – Она как-то странно посмотрела на него.
– Чисто женский подход! С предсмертной радостью заявляю: из тебя выйдет хозяйственная и практичная жена, в чем я и не сомневался.
– Насчет жены, конечно, спасибо, не скрою, приятно фиксировать редкие проблески твоего ума. А подход не женский, он логичный. Любопытно, как бы ты поступил? Хотя, можешь не отвечать – кинулся бы…
– Да, я бы нацелился на пятьдесят долларов.
– И вероятней всего остался бы с носом.
– Такой риск есть, кто-то более быстрый или глазастый опередил бы. В данном конкретном случае необходимы простейшие действия, а если под деньгами подразумевать жизненные цели? Обстоятельства кардинально меняются.
– Пятьдесят долларов – это высокая цель, я не ошиблась? – усмехнулась.
– Совершенно верно! – восторженно откликнулся он. – Чем выше цель, тем выше цена человеку. Творческая выдающаяся жизнь не короткая беговая дорожка, а длинный затруднительный путь. Встретятся ухабы, выбоины, всякого рода западни, непременно будут падения. Но сильная личность со стойкой верой в себя несмотря ни на что поднимется и достигнет заветной цели. Дорогу осилит идущий.
– По-твоему, я тупица, никчемный человек, да? – недобро сощурила глаза она.
Умозаключение Валентины ввергло его в замешательство. Придя в себя, спросил:
– Почему так думаешь?—
– Не я, а ты так думаешь! Возомнил из себя важную шишку на ровной беговой дорожке. Это как понять – раз я позарилась на пять долларов, значит, я дура?! И цена мне пять долларов, так?! – Глаза агрессивно сузились до мыслимой невозможности.
Гром не прогремел, но грозился. Однако Вадим, не считаясь с взрывоопасной ситуацией, двинулся напролом.
– Ну, нет спасения от женской логики, хоть убей! – в сердцах воскликнул он.
– Вывод сам напрашивается.
– Какой вывод?! При чем тут ты?! Я ни женщин, ни тебя не имел в виду. У вас другая, более благородная миссия, я касался мужчин. Вспомни, что ты говорила вчера на пляже. Какую роль ты предназначила мне? Не ты ли напирала на то, что раз я мужчина, то действовать должен я? Что все проблемы суждено решать мне, потому что я мужчина? Было или нет?!
– И что с того? Да, говорила. Однако не дала права оценить меня так дешево, – постаралась извернуться.
Вадим сдержал смех.
– Валь, правда, глупо и смешно, – заметил он. – Без причины затеяли ссору. Я ни в коей мере не хотел тебя оскорбить, чтоб мне провалиться на этом месте. Пойми, так определено, что мужчина – добытчик, и хлеб насущный он добывает во имя женщины и для женщины. И чем ценнее дар, тем, следовательно, величественнее женщина, отсюда и поклоннику высокая цена. Теперь-то ты поняла?! Мужчина существует ради женщины. А цель, которую он ставит перед собой, определенно отражает степень любви. Скажу больше: женское благополучие – мерило мужской чести. Это я недавно стал понимать благодаря тебе.
Страстная исповедь Вадима – фактически, объяснение в любви —тронула Валентину, вскипевшая волна чувств начала спадать.
– Лучше синица в руке, чем журавль в небе, – вынесла вердикт.
– Совершенно верно! – громко возгласил он. – Я обеими руками «за». Женщина – хранительница очага, не след ей отрываться от него, плохо, когда очаг стынет. Теперь объективно стало ясно, почему я, мужчина, поступлю иначе.
– Не ори! – Она строго посмотрела на него. – Не видишь, люди шарахаются, обходят, как умалишенных.
– Пардон, глубоко сожалею.
– Мне стыдно за тебя, никакой солидности.
– Зато все стало на свои места.
– Вадим, я поражаюсь твоему легкомыслию, будто не от мира сего, все летаешь в облаках. Опустись на землю, оглянись вокруг, почувствуй жизнь. В ней ты найдешь то, что ищешь где-то там, наверху, а то ведь немудрено и грохнуться вниз.