Оснований для возражения не имелось. И Вадим, разумеется, не походил ни на мизантропа, ни на человеконенавистника, однако роль обиженной, но возмущенной героини нужно было выдержать до конца.
– Ты нагрубил мне, – нашлась она.
– Ну, что за день сегодня выдался! – Он встал перед ней. – Если пожелаешь, я тут же брошусь на колени, вымолю у всех на виду прощения у тебя, только прикажи.
– Не хочу, – рукой отстранила его с пути, при этом осознавала, что перегибает палку.
– Тогда скажи, что мне сделать, чтобы ты не дулась! – Вадим был на грани отчаяния.
– Шагай рядом и не ори, на нас люди оборачиваются, – спокойно ответила.
На этом прекратили выяснять отношения. Ближе к парку молчание нарушила Валентина.
– Сделал такой бесценный подарок! Я была на пике счастья. (Стоит заметить, что единственно женщины подлинно ценят и вкушают каждый миг праздника.) А потом взял и бездумно испортил настроение и себе, и мне. Иногда ловлю себя на мысли, что общаюсь не с серьезным мужчиной, а с легкомысленным мальчишкой.
– Шутишь, или это правда? – посмотрел на нее.
– Создается такое впечатление, сплошное мальчишество, пора остепениться.
– Может, ты ошибаешься, или положение уже безнадежное, конец мне?
При показной шутке в глазах отразилась некоторая обеспокоенность.
«Дошло наконец», – подумала.
– Вадим, ты ведешь себя как-то странно, не могу понять тебя. Раньше ты был другим.
– А может, тебе только кажется? – Он встревоженно смотрел на нее.
Заметив, как он болезненно воспринял ее упрек, Валентина испытала угрызение совести.
– Вадим, не бери в голову, – перешла на благожелательный тон. – Наверное, я стала чересчур въедливой. Мы все позволяем себе лишнего, это нехорошо, но и не стоит волноваться по этому поводу. – Ввзяла его под руку, прислонилась щекой к его плечу. – Главное, ты у меня умный, добрый, но чуть-чуть забавный. – Вадим, впав в раздумье, не ответил на ее ласковое обращение.
Они вступили в полосу аллеи.
– Знаешь, вечером, когда возвращаюсь с работы, здесь так чудно, что словами невозможно передать. Сияющие звезды, пальмы и – чистая вечерняя свежесть. А как замечательно, когда струится лунный свет! – Она рассказывала с упоением. – Обо всем забываешь. Какое-то легкое, теплое чувство овладевает телом. Вот, думаю, остановлюсь, поднимусь на носки, раскрою руки и воспарю, плавно полечу к звездам. Эх, надо испытать, чтобы понять.
– Согласен, – отстраненно произнес Вадим.
– Что с тобой? Очнись, – улыбнувшись, мягко толкнула локтем.
– Извини. – Он обнял ее за плечи. – Меня вдруг посетила страшная мысль: а что, если ты улетишь насовсем, не вернешься? На какой звезде искать тебя?
– Захочешь – отыщешь.
– Думаю, будет лучше, если заберешь меня с собой.
– Станешь паинькой, выпишу билет.
Вадим поцеловал ее в волосы, она прильнула к нему, они медленно пошли по аллее. Навстречу им, грузно ступая под тяжестью прожитых лет, двигались два старика. Миновав влюбленную парочку, с грустной иронией переглянулись: завидовали молодости.
Приблизившись к площадке, Валентина задержала шаг.
–Привет. – Она доброжелательно кому-то махнула рукой.
Вадим окинул взором сидящих на скамейках отдыхающих, однако не отметил ответного отклика от кого-либо из них.
– С кем ты поздоровалась? – удивился он.
– С фонтаном, – с теплотой в голосе ответила она.
– Вижу, великая любовь между вами. Теперь стало ясно, почему он так бурно шумит – демонстрирует ревность.
– И вовсе нет. Он умный, все понимает, а шумит от радости за нас.
– Если так, то на дуэль не вызываю.
– Вот, мы и пришли. Не стоит провожать дальше, хорошо? – Она понизила тон. – Сегодня приду пораньше, – прошептала с красноречивым блеском в глазах.
Вадиму осталось попрощаться и повернуть назад.
По дороге домой Вадим лихорадочно размышлял:
«Она, наверное, догадывается. От ее женского внимательного взгляда ничто не ускользнет. “Не бери в голову“, —сказала, чтобы усыпить бдительность, а сама потихоньку присматривается, анализирует. Несомненно, с подозрением относится ко мне. “Как мальчишка”, “Ведешь себя неадекватно”, “в бирюльки играть” – неспроста все это. И ведь постоянно намекает. Но, главное, “ты загадка”, и хочет разгадать. Быть может, каким-то образом я сам себя и выдал с головой? Люди проговариваются или же необдуманным поступком раскрывают собственную тайну – часто подобное происходит. В чем я прокололся? К какому выводу она придет?.. Как к какому?! Дурень, с ее умом нетрудно вскрыть настоящую причину исчезновений, нашелся бы повод.