Миновали месяцы их совместной жизни, а прибытка все не было. Обнаруживалась одна убыль. Валентина приходила в раздражение. Ее принципы семейного счастья в реальной жизни оказались неэффективными: назидания, увещевания и, наконец, упреки не действовали на Артема. «Положительным» итогом ее стараний послужило то, что супруг стал возвращаться домой позднее нее – но без единого рубля в кармане «Торговля зачахла», – сокрушался он. Причину отсутствия спроса видел в «отсталости умов». Начались ссоры.
Однажды Валентина «пристальней присмотрелась к муженьку». Словно пелена упала с глаз – она вскрыла в нем подлинного альфонса. Тот раздобрел, и, по всей видимости, жилось ему неплохо в этом мире. Валентина впала в угрюмую задумчивость.
Проходили дни, тишина в их отношениях становилась гнетущей. Назревал решающий конфликт. Однако тонко чувствующий альфонс, учуяв опасность, упредил скандальное событие – самолично исчез вместе со своими книгами. Перенесся ли он в иной мир (после его так никто и не видел) или остался на бренной земле —какое это теперь имело значение?
Валентина выстояла перед унизительным, тяжелым ударом судьбы. Душевные раны затягивались долго и мучительно. Утешало то, что не родила ребенка. Послушалась-таки мать, которая постоянно предупреждала: «Родишь безотцовщину, помянешь мое слово». Судьба все же снисходительно отнеслась к ней: уберегла от связи с хитро-глупым иждивенцем.
В мужчинах Валентина разуверилась. Формула семейного счастья, которую она вывела с учетом горького опыта, а именно: муж – это настоящий мужчина, добытчик в семье, голова, а жена есть шея (то есть куда хочешь, туда и повернешь голову) – представлялась ей призрачной и неосуществимой в реальной жизни. Быть за мужем как за каменной стеной (хотя за каменной стеной, как правило, значится тюремная камера) – подобного обнадеживающего примера ей не посчастливилось наблюдать. А помечтать, несмотря ни на что, не воспретишь.
…Вообще-то, всякий человек – особенно женщины – грезит о семейной идиллии, когда супруги довольны как собой, так и друг другом. Ну кто мечтает о семье, где, простите, «покой нам только снится»? Однако прелесть состоит в том, что в счастливой супружеской жизни непременно должна главенствовать глупость. «Представляешь, я так долго искал свои тапки, что потерял надежду их найти, а они – ты не догадаешься – находились перед моим носом», – делится своей радостью счастливый супруг со своей не менее счастливой супругой. Та в ответ утопает в умилении от удачной находки находчивого мужа. Примитивно, но как приятно! Влюбленная парочка до конца дней своих обречена жить в атмосфере благодушия и детской восторженности. Рассудительности в их отношениях уготована незавидная участь, что и хорошо, ибо разум есть зачинатель и катализатор семейных раздоров. Горе от ума! Резюме: чтобы испытать семейное счастье, необходимо поглупеть. Но кто ж пойдет на идиотскую сделку?! Даже последний придурок оскорбиться, засвистит от негодования, крутя пальцем у виска.
…Судьба улыбнулась Валентине. Она, как ни странно, встретила в лице Вадима мужчину своей, как считала, несбыточной мечты. Он был красив, щедр, умен и ко всему прочему богат. Настоящий мужчина!
Только на чужбине она усмотрела в образе любимого некоторые отступления от идеала. Отклонения никоим образом не повлияли на ее чувства. Наслоения – его беспричинное озорство, не приличествующее статусу и возрасту баловство и несерьезность, граничащая с легкомысленностью, – не вызывали острого неприятия. Привлекательные черты его личности заслоняли досадные стороны характера. Всем повелевает время, все преходяще, образумится – питала надежду Валентина.
Сложнее обстояло дело с его воинствующим атеизмом. В возведении непростительной хулы на Бога Валентина видела страшную опасность – кару свыше, которая, возможно, уже нависла над ними. Во спасение души любимого спешила скрупулезно изучить Священное Писание, дабы с полной готовностью и с помощью свыше доказать и свести на нет его заблуждения. Мечтала о том дне, когда, уверив Вадима в истинности веры, приведет в храм, где и совершит он покаяние пред святыми образами.
Счастье было зримо и близко. Валентина любила и была любима. Она верила, надеялась, ждала.
ГЛАВА 19
Осень подкралась незаметно. Стояли еще жаркие дни, солнце расходовало последние свои запасы, но учинить зной уже не хватало сил и желания. Летучие отряды гнуса – дружины перевоплотившихся демонов – не отступали от своего страстного ремесла: поражали, то есть помечали, внушающих доверие призывников в преисподнюю. В кровавое пиршество эмиссары «оттуда» вкладывали последние силы.