Услышав про кукурузу, члены совета перестали шептаться, скинули привычную дремоту и любопытно уставились на докладчика.
Бортнев поправил очки и попросил Жебелева воздерживаться от легковесных аналогий.
— Конечно, это не для стенограммы, — поспешно добавил он.
Жебелев усмехнулся и заявил, что коль скоро он имеет честь выступать в такой представительной аудитории, то будет называть вещи собственными именами.
— Проведенными исследованиями мы ставили частную задачу, — продолжал Николай Павлович, — определить экономическую эффективность применения сборных железобетонных и металлических конструкций трех конструктивных элементов — ферм, подкрановых балок и колонн. Результаты исследования дают основание утверждать, что линия огульного применения железобетона является крупной научной ошибкой нашего института, а точнее — отдела экономических исследований, руководимого товарищем Лаштиным. Этот факт надо честно признать и исправить.
Жебелев взял указку и, тыкая ею, как мушкетерской шпагой, в разноцветные таблицы, диаграммы и графики, пошел вдоль стены, где на стендах был развешан иллюстративный материал.
Члены ученого совета, как подсолнухи за движением солнца, поворачивали головы вслед за Жебелевым, расхаживающим от плаката к плакату.
Подтверждая слова цифрами, индексами стоимости и формулами экономических зависимостей, Жебелев доказывал, что металлические конструкции во многих случаях эффективнее, чем сборный железобетон. Если же учесть затраты на монтаж и анализировать с учетом стоимости конструкций «в деле», то картина получалась еще более убедительная.
Бортнев внимательно слушал Жебелева и мысленно одобрял научную обстоятельность проведенных исследований и их логику. Он снова с хорошей завистью вспомнил те времена, когда был таким же простым руксеком и с увлечением занимался вопросами строительной механики. Теперь приходится слушать и завидовать, как другие дело делают, а самому только позванивать в колокольчик и следить, чтобы не было непродуманных выражений. Провалилась бы в тартарары вся эта текучка, которую человек получает вместе с директорским креслом, как обязательное приложение.
Зиновий Ильич беспокойно скрипел стулом. Доклад был серьезнее и глубже, чем он предполагал. В сообразительности Жебелеву не откажешь, тезисы, хитрец, написал обтекаемо, без лишних цифр и фактических данных. Всю артиллерию спрятал до заседания совета в плакатах, графиках и диаграммах. Теперь же, расставив ее по фронту, дубасил совет кинжальным огнем.
— Получается, с точки зрения элементарного смысла, — гремел в притихшем зале голос Жебелева, — научно обоснованная глупость. Вместо того чтобы сделать балку из металла, мы этот металл переводим на арматуру, потом заливаем его в бетон, утяжеляем конструкцию раз в десять, кряхтим, чтобы довезти такую махину на место, транспорт гробим и на монтаже мучаемся. И это называем индустриализацией! Еще ругаем друг друга, что дорого у нас строительство, что стоимость его не снижается. Думаем не с того конца, моду ухватить стараемся. Да ладно бы ухватить — еще не беда. Беда в том, что моду стремимся перевыполнить. Кто на травополье перевыполнял, кто на вейсманизме-морганизме, а мы на сборном железобетоне перевыполнить взялись…
Когда Жебелев закончил, в зале так и осталась настороженная тишина. Так иногда бывает в театре, когда до самого последнего момента не угадать, взорвется ли зал аплодисментами или оскорбительным свистом.
Бортнев мгновенно сориентировался и, не дав разразиться эмоциям, предоставил слово первому рецензенту.
Федор Юлианович заявил, что по ознакомлении с материалом у него не возникло оснований заподозрить автора в необъективном подходе. Похвально то, что автор — скромный человек и поставил частную, узкопрактическую задачу. Тезисы написаны хорошим языком и читаются, если он позволит сказать откровенно, как интересная техническая повесть. Что же касается сути дела, то надо верить докладчику. Он исследования проводил, ему, как говорится, и карты в руки. Критическую же оценку в принципе надо приветствовать, ибо истина рождается только в споре, а здесь этот элемент присутствует в необходимой степени. Что же касается существа разногласий, то в данном случае совету надо выслушать обе стороны.