— Нам приспичило, — грустновато откликнулся Кичигин и убрал со стола расставленные локти. — Считаешь, что я уж такой сверхсознательный. Прочитал передовую в газете про модернизацию и автоматизацию и со всех ног кинулся решать вопросы. Нет, Андрей Алексеевич, особой сознательности я за собой не ощущаю. Такой же я директор, как и остальные. Может, только чаще других вперед смотрю… Наш Заборск не столица-матушка. Его в две руки ухватишь и со всех сторон оглядишь. Худо у нас с кадрами. Сейчас худо, а через несколько лет совсем будет зарез. На основных профессиях имеем недостаток двадцать семь процентов, и улучшения не предвидится. Знаешь, бабы стали теперь какие аккуратные насчет потомства? Раньше в наших краях у каждой пары подрастало шестеро, а то и целый восьмерик, а теперь — один-два и обчелся. Думали мы, гадали, ломали буйные головы и не придумали ничего, кроме немедленной и полной автоматизации. Или мы проведем ее по всему производственному циклу, или лет через пять сядем голым задом на горячую сковородку… Просили фонды на станки с программным управлением. И я просил, и наш обком нажимал. Наотрез отказали. Только и выпросил я у министра твою командировку… Тебя выпросил, а ты норовишь с ходу повернуть обратно оглобли. Ладно ли так получается, Андрей Алексеевич? По-человечески ли?
«Умеет за горло брать, — с невольным уважением подумал Готовцев, оглядывая коренастого, с буйной, без единого седого волоса, шевелюрой директора заборского станкозавода. — Наверняка в молодости один на медведей хаживал…»
Виктор Валентинович умел смотреть не только вперед, но и оглядываться назад. Умел извлекать из многовекового человеческого опыта те надежные зерна, которые, никогда не тускнея, оставаясь неподвластными социальным катаклизмам, незаметно и последовательно толкают дребезжащую колесницу цивилизации по ухабистой колее времени. Как многоопытная жена, знающая, что путь к сердцу мужа лежит в том числе и через его желудок, Виктор Валентинович угостил несговорчивого гостя роскошным ужином. Наисвежайшие хариусы были представлены в пяти переменах, начиная от ухи и кончая деликатесными копченостями, сотворенными на ольховом дымке, листвяном и пахучем.
Отяжелев от пиршества, Готовцев теперь без сна ворочался на гостиничной кровати, не находя удобной позы. Пил стакан за стаканом минеральную воду и уже понимал, что хитрый Кичигин сломил остатки его сопротивления и деться теперь начальнику ОКБ некуда, кроме как взяться исполнять фантазию, делать проект модернизации и автоматизации расточного участка, провалился бы он пропадом!
За окном в полуночной провинциальной тишине неспешно вызревала, как в некой оранжерее, студенистая луна. Выкатившись из-за щетинистой сопки жидким белесым шаром, светило набирало упругость и все отчетливее прописывало на полу гостиничного номера оконные переплеты.
Мысли Готовцева тоже обретали логичность и последовательность.
Кичигину позарез нужен проект модернизации, а Готовцеву также позарез нужно изготовить опытный образец новой конструкции узла, принесенный Шевлягиным, проверить в экспериментальном порядке, убедиться в его эксплуатационной надежности и, если результаты окажутся положительными, немедленно использовать его в проектируемой линии.
Заборский фантазер, откровенно высказавший жгучее желание обрести проект участка, открыл и свое уязвимое место. И в этой ситуации Готовцеву разумнее всего поступить по давней формуле натурального обмена, помогавшей людям во все века ощущать взаимную выгоду человеческого общения.
— Я — тебе, ты — мне. Или наоборот…
Тебе, товарищ Кичигин, проект модернизации участка, а нам взамен — изготовление опытного образца.
Тебе позарез нужно твое, а нам позарез нужно свое. И общему делу нужно, и Шевлягину, который клюет руководство ОКБ в больное темечко так, что уже спасу от него нет. Будто Готовцев и Веретенников недоумки, будто они — лесные пни, обросли мохом и не могут сообразить, что без опытных проверок нельзя выдавать в производство рабочие чертежи сложных машин, и не понимают, что работа перспективщиков идет на корм мышам. И не в фигуральном, а в буквальном смысле этого слова, потому что заместитель начальника ОКБ по хозяйственной работе уже всерьез поговаривает насчет обзаведения четырехлапым и усатым общественным стражем-караульщиком для сбережения растущих объемов продукции бюро перспективного проектирования.