— Так всё дело в поцелуе?
— Я сейчас позвоню...
— Хватит! — Крис рывком выхватил телефон из её рук. — Прекрати вести себя так, будто меня здесь нет.
— Так проще.
— Проще? — Он вскинул бровь. — Да что, чёрт возьми, произошло?
— Ты трахался с какой-то девкой. — Лопнули струны нервов, натянутые до предела.
В лаборатории повисла тишина.
— Тебе Милтон рассказал?
— Я узнала сама. — Мелоди произнесла это тихо, но так отчётливо, что у Кристофера вытянулось лицо. Он, кажется, даже представить не мог, что она способна додуматься до правды без чужих слов. — Я приехала на день раньше, в тот вечер, когда гроза бушевала. Хотела поговорить с тобой о Хантер. Но, подойдя к вашей двери услышала... стоны. Женские. — Она едва могла удерживать голос ровным. — Сначала решила, что это Милтон. Но нет. Я снова ошиблась.
Мелоди опустилась на ближайший стул, как будто силы покинули её разом. Легче не стало, но хотя бы груз тайны перестал давить на плечи. Правда, сама боль от предательства никуда не делась. Она продолжала сидеть глубоко внутри, разъедая. Где-то в глубине сознания Мэл понимала: у неё нет формального права злиться. Они ведь не были парой, а только пытались что-то строить заново. Но другая часть — та, что горела и ломала изнутри, — шептала обратное: она имела право. На злость, на обиду, на ревность.
— Мэл, всё было не так, — выдохнул Крис.
— О, только не начинай оправдываться. — Мелоди усмехнулась, уставившись на собственные ладони. — Я понимаю, что не имею права ревновать тебя.
— Имеешь, — резко перебил Крис нахмурился, садясь рядом. — Ты имеешь полное право злиться. И ревновать тоже. Делать всё, что угодно. Но, ради бога, не молчи, говори со мной.
— Я не могу говорить о чувствах с человеком, который целовал меня так, словно это последний раз... а потом пошёл и переспал с другой. — Её голос задрожал, но глаза оставались сухими. — Как ты вообще мог?
— Мне нужно было расслабиться.
— И ты решил это сделать в постели с первой встречной?
— Да. — Признание далось тяжело, Крис сморщился, словно сам себе противен. Он хотел взять её за руки, но замер: слишком велик был риск, что Мэл оттолкнёт.
В тот день всё пошло не так. Нужно было позвонить Мелоди, поговорить. Но рядом оказалась Венди. Чёртова Венди которая не собиралась отпускать его из своих рук и окончательно всё испортила.
— Мне жаль, что так вышло.
— Судя по её стонам, сожалеть там было не о чем, — хрипло усмехнулась Мелоди. — Я не собираюсь держать тебя на цепи, Крис. Хочешь трахаться с кем угодно — пожалуйста. Мы же не пара.
— Но я бы хотел, чтобы мы были парой.
— Крис... я не могу доверять даже Хантер. А ты хочешь, чтобы я доверяла тебе.
— Она тебе рассказала?
— Да. И теперь я не знаю, как жить дальше, понимая, что лучшая подруга способна врать мне в глаза.
— Это была вынужденная мера.
— Я понимаю.
Часы тикали слишком громко, как будто нарочно напоминали, что время уходит. Скоро будет обед, а их до сир пор никто не искал.
— Твои друзья умные, — пробормотал Крис.
— Они и твои друзья, — поправила Мелоди. — Но умными я бы их не назвала.
— Почему?
— Ты ещё не понял? — Она чуть улыбнулась. И этот жест, такой лёгкий, выбил у Криса почву из-под ног. — Они заперли нас здесь специально, чтобы мы наконец поговорили.
Крис открыл рот, потом закрыл. Мелоди права. И он даже не догадывался был увлечён собственным упрямством.
— Когда мы выйдем, я их придушу.
— У меня есть идея. Возможно, с твоим образом жизни она тебе не понравится. — Мелоди перестала ковырять кожу на пальцах и взглянула прямо на него.
— Какая?
— Дадим им то, чего они хотят.
Крис прекрасно понимал: это может закончиться плохо. Даже очень. Но он всегда соглашался на её безумные идеи. Всегда. Ради того, чтобы быть рядом. Пусть она злится, пусть отталкивает — он всё равно будет рядом, пока Мэл не изменит своего мнения.
Его не пугали ни последствия, ни возможная боль. Всё это Крис готов был принять.
— Я согласен, — сказал он, и в этот момент слова прозвучали как клятва.