Прежде чем Ром успел вставить вежливую оговорку вроде «спасибо, у меня уже есть девушка», словоохотливая старушка оживлённо продолжала:
— Меня спасло провидение! Сам бог меня спас! Он послал мне эту замечательную женщину… Я уже готовилась умереть. У меня врач был тогда, сказал — глубокая депрессия, прописал таблетки. Посоветовал начать писать завещание. И тут пришла она, она была настоящим ангелом!
— Женщина? Какая женщина? — Ром по-настоящему был изумлён.
— Хордерн. Она назвала себя госпожа Хордерн.
— Это женщина?
— Да, милая очень, молодая такая! Примерно вашего возраста. Ну, возможно, чуть постарше вас, да. Она сказала, что может мне помочь.
— Как она у вас оказалась? Вам порекомендовали её? Это ведь женщина — частный детектив?
— Да, частный детектив. Она сказала, что она от моего хорошего знакомого. Я спросила — от кого конкретно, она сказала, что тот человек пожелал остаться неизвестным. Возможно, это был врач, с которым я в хороших отношениях. Ведь лишь немногие знали о пропаже картин. Только полиция и врач. Да, вряд ли это был кто-то из полиции. Но это не так важно! Она обещала мне помочь, сказала, что располагает информацией. И, представьте, что она сделала! Она каждый день приходила ко мне, сообщала, как продвигается расследование. Она помогала мне, заботилась обо мне. Буквально выхаживала меня, будто родная внучка! Вы можете себе представить? В один прекрасный день она сообщила, что картины нашлись! Я была вне себя от радости. Моя жизнь вернулась ко мне. Госпожа Хордерн вылечила меня без всяких лекарств! Правда, пришлось заплатить очень большую сумму… Но тогда я готовилась к смерти, о деньгах не думала — наоборот, я всё была готова отдать, лишь бы вернуть эти картины. И она вернула их мне! У меня не осталось практически никаких сбережений. У меня был большой счёт в банке, я заплатила этой женщине. Но цена очень справедливая! Я бы и больше заплатила, если бы совсем не рисковала остаться нищенкой, себе я оставила некоторые деньги. Ведь она так помогла мне!
Ром слушал эту пышущую эмоциями речь старушки как в тумане.
«Налицо схема мошенничества. Бедную старуху обманули… Но… как это проверить?..»
— Мадам Мариак, а могу ли я посмотреть на эти картины? — осторожно спросил Ром.
— К сожалению, после того случая я их никому не показываю. Я увезла их в одно место, о котором никто не знает. Я прислушалась к словам полицейских и все самые ценные вещи увезла из дома.
— Понимаю вас. Вы много пережили. Теперь вы спокойны, что картины в безопасности.
— Да, господин Террисон, — кивнула старушка.
— А с госпожой Хордерн вы поддерживаете отношения? — поинтересовался агент 004.
— Нет, — выдохнула старушка со скорбным выражением лица. — Она пропала. Я звонила ей по карточке, которую она мне оставила. Там абонент не отвечает. Она вернула мне картины и пропала. Наверное, она имеет много другой работы. Выполнила свой долг, как она обещала. Я пыталась расспросить потом врача о ней, но он сказал, что первый раз про неё слышит и вообще что он не знает лично ни одного частного детектива. Возможно, он врал, скрывал… Бог ему судья. Зато картины теперь вернулись.
Старуха Мариак улыбнулась, и Ром понял — аудиенция его окончена. Вдобавок, часы показывали, что до отъезда поезда-экспресса в Укосмо осталось совсем немного времени.
— Она такая странная в последнее время… она так много работает. Её начальник совсем с ума сошёл. Она приезжает ко мне поздно, такая усталая и разбитая. Мне так жаль её, я так её люблю. Я бессилен здесь, не знаю, как ей помочь. Про свою работу она не рассказывает, — тихо говорил Николас, задумчиво смотря на графин с красным вином.
В комнате царил полумрак. Несмотря на яркий солнечный мартовский день, тёмные шторы гостиной были занавешены. Напротив художника сидел его гость. Его новый друг, с которым у художника установились приятельские, открытые отношения.
Этот друг всегда приходил днём, когда Николас решал сделать перерыв в своей кропотливой работе по восстановлению и созданию копий картин. И всегда приходил очень кстати. Его слова могли успокоить и поддержать.
Сперва они говорили об общих вещах. Говорил в основном художник. Он много философствовал, был благодарен собеседнику, что тот его слушает. Ведь у Николаса не было близких друзей, тем более таких, с которыми можно пофилософствовать. Не станет же он свою возлюбленную грузить проблемами бытия? Рэйчел представлялась ему ангелом, которую нужно холить, ласкать и лелеять. И исполнять все её капризы и желания.