— То есть Кристин Грин полагает, что этот молодой человек — преступник? — уточнила я.
— Пока ещё никто ничего не полагает, — оговорился агент Скрэтчи. — Когда Барт и Люк, используя всё обаяние, попросили старуху вспомнить, не замечала ли она чего или кого подозрительного, она почти сразу про этого человека. Она сожалеет, что заболела, думает, что это произошло от переутомления. Своей работой в музее Дерва она очень дорожит и лишний раз боится брать отпуск, чтобы её преждевременно не отправили на пенсию, хотя ей уже далеко за семьдесят.
— Но ведь даже если Барт и Люк, просмотрев сотни часов видеоматериала за предыдущий месяц, и найдут это неизвестное лицо, это может оказаться совпадением! Может, это студент, изучающий экспонаты, или просто какой-нибудь чудак, — высказал предположение Ром.
— Всё может быть. Мы пока ничего не отбрасываем. Вам будет задание: как только Люк и Барт закончат и найдут подозрительного человека, а возможно, они найдут даже нескольких, кто им покажется подозрительным, они сообщат вам. И вы поможете им собрать на них досье. Жаль, что им не удалось заняться этим раньше: пришлось улаживать бюрократические формальности с Годдсом и его представителями охраны.
— Мы поняли. Обязательно сделаем, поможем Люку и Барту! — закивала я.
— Они пытаются подружиться с Годдсом. Войти к нему в доверие, чтобы он немного посвятил их в свои планы, как он намерен найти рапиру. Ведь он привлёк ещё и этого Хордерна, — напомнил Фрэнк.
— Про Хордерна я кое-что разузнал. Это подозрительная личность. Начнём с того, что это — женщина. Так что у нас тут полный «шерше ля фам», — усмехнулся Ром. Он был весьма доволен собой, особенно после того, как мы с Фрэнком удивлённо на него посмотрели.
Агент 004 рассказал нам, насколько удачно он съездил сегодня к старой вдове Элизе Мариак, в Тьмутаракань. И что ему успешно удалось поговорить с ней про Хордерна и картины. Мы узнали, что Хордерн — некая молодая привлекательная дама, о которой Элиза узнала не понятно от кого, коей безоговорочно доверилась, и которая нашла старой леди её пропавшие картины, а потом таинственным образом исчезла, будто добрая фея.
— Тут много подозрительных нестыковок. И эта Элиза, божий одуванчик, производит впечатление, что впала в детство в старости. Наивная натура. Такие легко становятся жертвами мошенников. Когда я ехал в поезде, меня осенила странная мысль: вдруг картины подменили? Вдруг эта Хордерн привезла Элизе копии?
— То есть… Она сама украла эти картины? И потом под видом благодетельницы хитрым путём явилась к Элизе и вернула? Но это ж какого высокого качества должны быть копии, что Элиза не заметила подмены?
— Элиза подслеповата. Она носит очки, — сообщил Ром.
— Ром, то, что ты рассказал — очень важно, и просто феноменально! — Фрэнк внезапно почти вскочил с места. Он был сильно взволнован. — Вы же уже собрали информацию по Хордерн из Базы?
— Мы копались в Базе данных и в Сети много часов вчера и позавчера, — сказал 004. — На Детективное агентство Хордерн ничего нет. У них нет сайта, нет никакого пиара и рекламы. А людей с фамилией Хордерн в одном Укосмо около трёхсот штук. Среди них, кстати, нет ни одного детектива или полицейского.
— Продолжайте копать. Я свяжусь с Люком и Бартом, пусть они вытрясут с Годдса разрешение устроить очную ставку с этой молодой красивой дамой, как её назвала Мариак. Ещё я сам лично при первой же возможности опрошу Льюиса Бенша, второго рекомендателя Годдса. Он тяжело идёт на контакт, закрыт и недоверчив. Чинит нам всякие препятствия, в силу бюрократизма и ригидности своего мышления, — в сердцах высказал агент Скрэтчи.