Причем познакомилась она с ним по объявлению в газете. Вызвала «мужа на час», когда трубу прорвало. Сантехник оказался на все руки мастером – трубу починил, кран заменил, гардину на место поместил, мебель подкрепил… И по иронии судьбы еще и соседом оказался. Пришел раз, другой, третий по причинам бытовой необходимости, да так и остался. В двухкомнатной квартире у Татьяны жить вдвоем было удобнее, нежели в его студии. А свою квартирку тут же квартирантам сдал – не растерялся.
Борик был, конечно, как говориться, не мечтой хозяйки. Но Татьяна, устав быть одной, и заодно от советов друзей-знакомых, мол, мужика тебе надо, согласилась на наличие соседа под боком. Хотя время от времени, она открывала любимые сказки Андерсена, которые прежде читала Костику, и мечтала, как героиня-русалочка, о любви большой и светлой. Но рядом посапывал Борик, а она со вздохом выливала в раковину не допитую вторую полторашку пива, чтобы не оставлять ему на опохмелку.
Она исправно варила ему борщи, стирала. Создавалась иллюзия семьи, иллюзия счастья. Продолжалось так уже более двух лет. Борик замуж Таню по всей видимости звать и не собирался. А Татьяна и не намекала. То ли смирилась с таким положением, то ли втайне все еще надеялась на любовь. Большую и красивую.
Когда смотрела в зеркало, несмотря, на тонкие лучики морщинок, струящиеся возле глаз, зеркало отражало приятную моложавую женщину. Вот только взгляд ее нежных глаз был несколько с грустинкой. Откуда это? Оттого что сын не рядом? Задавалась она порой вопросом, и сама же молча себе отвечала, ей хотелось другой себе жизни. Настоящей. И вздыхая, расчесывала свои длинные волнистые волосы цвета пшеницы. Каждый раз все больше благодаря природу за них. «Златовласка, русалочка», - как часто ей приходилось слышать прежде. Теперь подобные комплименты звучали реже, то ли возраст, то ли меньше вокруг стало романтиков. Зато понимала, что если и проглядывают седые нити, то в золоте ее волос они остаются незаметны. А между тем ее знакомые коллеги все чаще красили свои шевелюры, и многие по этой причине их осветляли. Татьяна же с гордостью укладывала в прическу, а иногда распускала волнистые пряди своих золотистых волос.
Уволили Татьяну без отработки. Артачится она не стала, сама понимала, что хотела – то и получила. Держать никто не стал. Вечером домой возвращалась с некоторым волнением: как там Борик воспримет новость об увольнении. Он ведь не раз говорил, что мол, ходишь возишься за копейки...
Хотя сама Таня так не считала, вовсе не копейки, а нормальная зарплата для северного города. Между прочим, это с ее копеек оплачивалась коммуналка и холодильник всегда был наполнен припасами. А о доходах Жоры с его бесконечными выходами «мужем на час» она практически ничего не знала. Да и не спрашивала.
Подруги ей удивлялись, мол, зачем тебе такой мужик – ни замуж не зовет, ничего не покупает, ни на моря не возит, ну никак не балует. Татьяна на это пожимала плечами, мол, мужик же, пришел, так не выгонять же и с грустью вздыхала, понимая, правоту советчиц.
Но сейчас у Татьяны теплилась надежда, что вдруг ее гражданский муженек возьмет как и расправит крылья, словно орел-добытчик над своей оставшейся без работы голубушкой. А она с радостью передохнет в своем гнездышке под его крылышком.
Глава 2
- Привет, Борь. Дома хозяйничаешь?
- Привет. Как видишь.
- Чем порадуешь? – Татьяне хотелось услышать ласковое слово от мужчины, живущего рядом. Укутаться под его опеку. Хотя бы сегодня. Когда она чувствовала себя после несправедливого увольнения какой-то ощипанной птицей.
- А чем порадую. Жена все работает. Жрать нечего. Что тут радостного, - пробурчал Борик, докапывая в стакан из бутылки пиво.
- Не работаю больше, Борь, не работаю… - Татьяна по дверце кухонного стола сползла спиной на пол и расплакалась.
- Ну что ты, Танечка, проживем. Кто мужик в доме? Боря! Борис Кондратьевич! - Боря поднял руки, чем напомнил Татьяне Арнольда Шварценеггера из старого фильма. В майке плечи Бори были открыты, мускулы напряглись. И Таня вдруг поняла, почему она впустила однажды в свою жизнь этого, по мнению многих ее знакомых, «нелепого» Борика. За эту вот ласку и силу. И привыкла. Все не одна…
Татьяна, улыбнулась, вытирая слезы. Все-таки она не ошиблась, перекантуется под крылышком Жоры, пока не присмотрит другую работу.
Обнаружив, что в холодильнике только ее недопитый вчерашний кефир и пара яиц в ячейке, Таня поставила чайник. И решила заварить свежий, покрепче, чтобы взбодрить себя и привести в тонус. Даже если не уснет долго – неважно, главное прийти в себя после расстройства.