Я обалдела, когда на стол подали дымящуюся серую липкую дрянь. Хлеб и, кажется, кофе. Если то, что дымилось и лилось из узкого носика кофейника можно пить, то, наверное, это кофе.
– Скажите, пожалуйста, есть другая еда? В смысле – это весь завтрак? – вопрос слетел с моего языка, когда я осторожно лизнула ложку и чуть не плюнула.
Вид соплей, вкус соплей, фу…
(Вот, моё стремление всё выяснять снова вылезло вперёд здравого смысла. Я же в гостях. Причём у короля!)
– Что не так?
Я вздрогнула от голоса папы. Скрипучий, ноющий.
– Ой, отец, не обращай внимания. Наша дурочка не с той ноги встала. – пояснение сестры разозлило. Это она про меня? О, я вспомнила, как её зовут. Габриэлла.
Сестра чинно выпрямилась и смело проглотила то, что было в ложке.
Я с любопытством наблюдала за этими двоими. Папаша без настроения смотрел на белый свет. Габриэлла стойко давилась кашей.
– Почему-то каша не солёная. Пожалуйста, можно немного соли? – кажется мой вопрос добавил зубной боли папе в сердце.
– Соль денег стоит. – резонный ответ короля не сделал кашу сьёдобной. А я хотела есть.
– Не умничай, неблагодарная. На еду деньги тратить неразумно – сестра жмурилась, но глотала свою порцию.
– Я сейчас запущу мисочкой в стекло, если мне не дадут соль для каши, сахар для кофе и свежего хлеба.
Я подняла миску и сделала вид, что замахиваюсь,:
– Думаю, окошечко дороже выйдет отремонтировать.
– Дайте ей соли! – милостиво выкрикнул щедрый папа.
– И сахара с хлебом! – добавила я вслед официанту.
– Что ты выделываешься? – прошипела Габриэлла,:
– Мы так каждый день едим. Что сегодня не так?
Повисло молчание. Это что, я так буду каждый кусок отвоёвывать?
Обалдеть. В прошлой жизни всё детство сражалась за каждую крошку с дочкой мачехи и снова "здравствуйте"!
Здесь, во сне я решила проявить здоровую наглость и хотя бы есть нормально.
– Вот что, папа. Я тут коротенько меню набросаю. И лучше его придерживаться. А то я дом подожгу. То есть дворец.
Вид у меня был вежливый, но почему то король взбеленился. Побелел, вскочил, от злости выкрикнул фальцетом:
– Неблагодарная!
– Точно, – согласилась я,: – Как найду за что поблагодарить, так сразу.
– Папа, закрой её с тиграми. Пусть посидит денёк, одумается, – сестра, выдвинув рациональное предложение доедала серый кошмар в тарелке.
– Габриэлла, у тебя сегодня такой замечательный день! К тебе жених приезжает, – я попыталась разрядить обстановку.
– А тебе то что? Или решила мне церемонию сорвать? – сестра скомкала салфетку, швырнула её на стол:
– Только попробуй мне помешать!
Я обескуражено хлопала глазами. Ну и дела.
Принесли соль , сахар, хлеб. Я отломила каждому:
– Кушайте. Не благодарите.
Дожёвывая нехитрый завтрак, я задумалась о словах Габриэллы: в доме есть тигры, это раз. Девушка волнуется насчёт жениха, это два. Чем я могу помешать её церемонии?
О чём это она. Что то мне мой сон перестаёт нравится.
Не успела я выйти из столовой, холодок пробежал по лопаткам. Тревога подкралась сзади.
Я обернулась.
Высокий худой мужчина с гладко зализанными серыми волосами неслышно проявился из за стены. Он как привидение стоял у меня за спиной, плотоядно улыбаясь:
– Что, милашка…Скоро мы останемся одни и как ты думаешь, кто будет твоим женихом?
– Ну уж точно не ты, дядя…
Я, подхватив неудобные юбки помчалась куда глаза глядели. Выскочила на ступени.
Всё, теперь я точно поняла, что хочу скорее проснуться, вернуться назад. Женихи, тигры, облезлая серая тень с зализанными волосами, сестра. Сюр какой то.
Интересно, с кем я ещё не успела познакомиться.
А, с женихом!
Знала бы я, что меня ждёт.
Глава 3
Глава 3
Пойду-ка я подальше от собственного новоявленного ухажёра. Это же кому сказать – тощий, блёклый и ужасно неприятный мужик. Ещё и намекал на что то.
Не долгая думая, я спустилась по ступеням во двор. Решила погулять немного. Подышать.
Сразу за ступенями начинался прекрасный парк, увитый китайской розой и разросшимися клумбами. Я понятия не имела, как называлась вся эта ботаника. Но точно знала, что разбил такое великолепие садовый гений.
Некогда идеально прорисованные дорожки из жёлтых каменных плит когда то прочертили здесь геометрический узор. Плотно уложенные камни по краям подёрнулись мхом. Всё приходило в упадок, видно было, что до былой ухоженности никому нет дела.