— О судьбе игрушки вы ни разу не думали? — не сдержался Фарсим, хоть и давал себе зарок молчать.
— Ты говоришь о своей судьбе? О судьбе проводника? — мягкость ее ответа сбивала с толку.
Император на месте леди Диалы злился бы безмерно, не обошлось бы без молний. Лорд Старенс, насколько эльф мог судить, в лучшем случае прикрикнул бы или применил бы болезненное волшебство в наказание. А драконица сохраняла хладнокровие, чем невольно напомнила Фарсиму императрицу Мадаис. Из-за этого воспоминания ему стало стыдно, ужасно совестно, что не мог просто выслушать пояснения единственной, кто хотел бы попытаться решить дело мирно. По крайней мере Фарсим надеялся, что эта удивительно красивая женщина не жаждет смертей.
Он осторожно кивнул и принес извинения за то, что перебил. Шепотом, на большее не хватило смелости. Леди Диала снисходительно улыбнулась:
— Если бы все пошло так, как мы задумывали, твоя жизнь была бы долгой и безбедной. А твои соотечественники не вспомнили бы даже, что мы пришли из другого мира. Госпожи своей магией смогли бы изменить воспоминания людей и эльфов, внушить им, что драконы всегда были важной и ценной частью общества.
Фарсим отвернулся, чтобы скепсис не стал очевиден леди Диале.
— Зря сомневаешься, — без тени раздражения добавила она. — Никогда не стоит недооценивать противника. Не повторяй наших ошибок. Мы ведь недооценили степень твоей неосведомленности.
Эльф в последний момент прикусил язык и смолчал. Леди Диала сделал вид, что этого и не заметила.
— Вначале все шло так, как и предполагалось. Звезда накопила силу, артефакт впитал ее и открыл портал, — женщина поясняла очевидные вещи немного снисходительным тоном, но Фарсим твердо решил держать себя в руках хоть в этот раз.
— Большая часть тех, кто мог бы противостоять заклинанию сам-андрун, собралась на площадке в ночь ритуала. Их убийство было залогом выживания других людей и эльфов империи. Жертва, на которую пришлось пойти, — безразлично, без сожаления констатировала драконица.
Фарсим поморщился, отчетливо вспомнил взгляд мертвого эльфа, проклятия умирающих…
— Ты впечатлительный. Иногда это плохо, — вздохнула женщина. — Учись держать эмоции в узде. Важное умение.
Но и это поучение осталось без ответа.
— В первую ночь артефакт, как и источник, был слаб. Несмотря на то, что ты с моей помощью смог за несколько часов до ритуала уберечь энергию звезды от рассеивания. Магия этого мира еще не научилась концентрироваться в одном месте, — в голосе леди Диалы слышалось огорчение. — Но у этого мира все еще впереди, он научится. Ведь ко второй ночи магические потоки, устремленные к звезде стали так сильны, что мы смогли призвать сам-андрун. Три Госпожи — это благословение для драконов. Но Госпожи всего лишь втроем не могут зачаровать империю.
— Я не думаю, что это вообще возможно, — покачал головой Фарсим. Сама мысль о том, что несколько ящериц способны покорить умы тысяч, казалась настолько глупой и кощунственной одновременно, что никакого самообладания не хватило на молчание.
— Если у нас всего три Госпожи, подобное действительно невероятно, — покладисто согласилась женщина. — Для успеха сам-андрун должно быть семь. Если мы сумеем отрыть портал вовремя и призвать их, в империи будут тишь, благодать и спокойствие. Подумай над этим, Фарсим.
Ее голос звучал чарующе вкрадчиво, улыбка на идеальных губах казалась змеиной и искушающей. Эльф мог поклясться, леди Диала не врет, не придумывает, а говорит правду. Но от этой правды ему становилось так жутко, что леденело сердце. Тишь, благодать и спокойствие в империи послушных драконам рабов! Рабов без цепей, плетей и восстаний, без освободительных войн и сопротивления захватчикам. Кошмарная участь…
— Не морщи нос, — небрежно повела плечом драконица. — Ничего страшного и противоестественного. Обыкновенное правительство. Если дашь себе труд и пять минут подумать, то поймешь, что империя Терон работает точно так же.
Фарсим хотел возразить. Гневно, резко, с сердцем. А потом вспомнил, как всю жизнь работали его родители, родители его друзей, как многие едва сводили концы с концами.
Особенно после войны, когда налогов было больше всего. Вдруг подумал, что жалких грошей, которые за двадцать лет накопили его родители, не хватило бы даже на год обучения магии. Фарсим смог получить образование только потому, что во время войны погибло много магов, и страна нуждалась в новых. Хоть каких-нибудь. Поэтому одаренных содержало государство.
И эльф не стал спорить с чужачкой.