— Я даже не знаю, о чем вы, — честно признал Нальяс, осторожным движением убирая прядь, лежащую на лице правителя.
Леди Диала не стала пояснять. Положила руки на Ардиру на грудь и ушла в лечение.
— Убью подонка! — выпалил Санборн, с явным трудом сдерживая ярость и превращение в дракона.
— При некотором везении это сделает артефакт, — мрачный Старенс методично рассеивал щитовые чары.
— Я бы придушил его до того, как он взял диск! — не унимался его друг.
— Один против четверых ты бы не справился. Даже втроем против четверых это сложно. Учитывая перенасыщенность магией. Кого-нибудь обязательно ранили бы, а оно того не стоит, — задумчиво продолжал командир. Он был возмутительно спокоен, и Нальяс поглядывал на него с недоумением. — Мы ведь обсуждали, что будем делать в случае провала. У него всего лишь другая причина.
Санборн медленно выдохнул, тусклые чешуйки, покрывавшие его лицо и руки, пропали.
— Что с императором, лорд Старенс? — робко спросил Левьис.
— Леди Диала постарается его спасти. Но шансов мало.
Из-за короткого ответа лорда Нальяса бросило в дрожь, захолодело сердце.
— Как помочь? — выдохнул он.
— Никак, к сожалению, — разрушая последний слой защиты, ответил Старенс. — Талаас из рода менталистов. Они владеют этой магией виртуозно. Убивают ею быстро и наверняка. Тем более неспособных защититься.
Он поднял палец, призывая к молчанию.
— Мне нужна минута. Потом я объясню, что сейчас случилось.
Нальяс кивнул и с удивлением понял, что дракон действительно ждал ответа. Лорд Старенс соединил ладони, в них затеплился поблескивающий серебром и кармином огонек.
Дракон, прикрыв глаза, скатал из него шарик и резким движением сбросил на землю. Потом еще и еще, и еще… Шарики отскакивали, подпрыгивали на плитке. С каждым разом поднимаясь все выше над землей. В самой высокой точке третьего прыжка шарики превращались в маленьких серебристых птичек и улетали в сторону замка.
— Госпожи и наши сторонники должны знать новости. Это жизненно важно, — проводив взглядом последнего посланника, пояснил мрачный лорд Старенс.
— О, они будут в восторге! — бросил Санборн, пытавшийся сбросить напряжение, расхаживая по площади.
— Несомненно, — согласился неестественно спокойный командир и повернулся к Нальясу. — Объясняю по порядку. Диск и камни — исключительно сильные вещи. Чтобы они работали правильно, нужна добровольная передача. Иначе действие может измениться до неузнаваемости. Поэтому мы пошли на переговоры и на уступки. Поток нужно закрыть. Без правильно работающего артефакта сделать это невозможно.
— Но тот дракон забрал диск! — выпалил Левьис, недовольный тем, что Старенс выбрал собеседником не его.
— Верно, — даже не повернувшись в его сторону, кивнул командир. — Он не поверил объяснениям, видимо, решил, я все придумываю, чтобы получить больше власти. Оценивал поведение по себе и своему роду. Это бывает. В итоге теперь никто не знает, как сработает артефакт. Одно бесспорно. Поток мы закрыть не можем. Город будет уничтожен бесконтрольной магией.
— Нужно уводить жителей. И поскорей, — глядя в изумрудные глаза лорда, выдохнул Нальяс.
— Нужно. И нам тоже нужно уходить подальше от замка, — согласился лорд Старенс. — Теперь поговорим об императоре.
— Мы так и не поняли, что его убивает! — снова вмешался Левьис, подходя ближе.
— Ментальная магия. С помощью этой магии можно общаться без помощи голоса. Так леди Диала собиралась подсказывать слова клятвы. Можно навязывать свою волю. Так мы влияли на господина Фарсима, чтобы он собирал артефакт, — по-прежнему разговаривая с Нальясом, пояснял лорд Старенс. — Искуссные менталисты, к каким относится лорд Талаас, могут внушать, сводить с ума, пытать. А могут и убить, заставив человека позабыть, как дышать. Судя по всему, что-то подобное произошло с императором.
— Но леди Диала старается. Значит, это можно вылечить? — чувствуя целительную силу, идущую от женщины, спросил Нальяс. Умом он понимал, что услышит «нет», сочувственное и гулкое, но сердцем надеялся хотя бы на «возможно».
— Рано судить, — вздохнул лорд Старенс. — Леди Диала — выдающийся целитель, но и она не может излечить все.
Он бросил хмурый взгляд в сторону центра города, Нальяс тоже посмотрел в том направлении и не удивился, увидев клубы дыма. Горькое ощущение беспомощности, неспособности что-либо предпринять против драконов выжигало чувства. Бессилие угнетало, разрушало, обращало сердце в пепел. Не хотелось думать и даже дышать.