— Билния, ты, разумеется, по-своему права, — осторожно подбирая слова, дракон вцепился пальцами в подлокотник кресла. С досадой почувствовал, как появившиеся из-за частичного обращения когти впиваются в дерево. — К сожалению, ты не учитываешь тот факт, что в предыдущие ночи артефакт мог спокойно впитывать энергию весь день. Теперь за очень короткое время ему нужно накопить достаточно энергии. Думаю, дело в этом.
— И тем не менее, — рыжеволосая собеседница поджала чувственно пухлые губы и решительно глянула на Талааса. — Я не желаю оказаться рядом с артефактом, когда он, возможно, откроет портал! Но вероятней разнесет все вокруг!
Он не успел ответить — в разговор вступил Беэлен. Медный дракон поддержал сестру, но говорил с меньшим вызовом, как и подобало более опытному политику. Все же он последние двадцать лет являлся главой рода. Если с Билнией Талаас еще спорить мог, то возражать ее брату, оказывавшему самую существенную военную и денежную поддержку, не стал бы.
— Из этой затеи с артефактом явно ничего хорошего не получится. Нам нужно отсюда уходить. И чем быстрей мы это сделаем, тем лучше, — припечатал Беэлен.
— Но если Талаас все же прав? — робко спросила Силира.
То, что поддержку и надежду высказала только она, Талааса задело, ранило, но и отрезвило. Выращенная сам-андрунами зеленая драконица не знала своих родителей, была довольно бедна и очень надеялась получить от молодого правителя различные привилегии. Хоть какие-нибудь привилегии. Талаас с горечью понял, если кроме такой зависимой драконицы согласных с его мнением не оказалось, значит, дело совсем плохо. Придется подчиниться решению большинства.
— Думаю, проверить это будет безопасней с некоторого расстояния, — благосклонно кивнув девушке, ответил Талаас.
Она улыбнулась и отвела глаза, с очевидным облегчением выдохнула. Показательно.
— Нужно планировать отход, — обращаясь в первую очередь к Беэлену, подвел черту Талаас.
— Тогда стоит решить, присоединяемся ли мы к отрядам лорда Старенса, — твердо встретив его взгляд, медный дракон говорил бесстрастно, будто не обсуждал исключительно важный вопрос.
Талаас крепче вцепился в подлокотники, чуть прикрыв глаза, медленно выдыхал. Он не знал, что бесит его сильней. Само предложение о воссоединении с остальными или же тот факт, что Беэлен впервые за полгода прицепил «лорд» к «Старенсу». Желание проникнуть в мысли Беэлена, выяснить, что этот хладнокровный интриган задумал на самом деле, было настолько велико, что у Талааса даже пальцы зудели от напряжения.
— Я готов сотрудничать с ним, если это необходимо для общего дела, — прервал он долгую неприятную паузу.
— Боюсь, это необходимо даже для обыкновенного выживания, — хмуро заметил Фиред. — Если случится худшее… Если поток высвободится, последствия будут ужасными. Здесь не останется ничего живого.
— Не стоит драматизировать, — собрав все остатки самообладания, Талаас покачал головой.
— Разумеется, большой общине на первых порах в новом мире легче, — вмешался молчавший до этого Керинс, привычным жестом отбросив со лба светлые, почти белые волосы. — Стоит это использовать. Потом решим, насколько нам по пути со Старенсом и его сотоварищами. Хотя наладить взаимодействие с ними после сегодняшней славной схватки в городе и после ритуала будет трудно.
Собравшиеся обсуждали вероятное место, где покинувшие город отряды и сам-андруны могли бы разбить лагерь. Просчитывали, как далеко пешие дракониды могли уйти за такой сравнительно недолгий срок. Талаас молчал и в беседу не вмешивался. Он наблюдал за друзьями и с тревогой понимал, что все они хотели перейти под покровительство старика! Несмотря на необходимость унижаться и просить позволения объединить команды. Конечно, ведь это не им придется кланяться Старенсу, а Талаасу, ответственному за своих соратников! Возмутительно!
Скольких сил ему стоило молчать, не догадывался никто. Кричать и срываться в такой ситуации было категорически нельзя, поэтому Талаас расходовал на себя резевр, успокаивался заклинаниями и при помощи особых ментальных практик. Обида и горечь разъедали сердце хуже кислоты, но его мучения были не видны окружающим. Он считал, это к лучшему. Ведь ждать сочувствия в сложившихся обстоятельствах было глупо до крайности.
— Раз мы сошлись в главном, — спустя всего несколько минут вмешался в разговор Беэлен, — раз мы решили уходить, нужно отдать соответствующие приказы драконидам. С направлением определимся, пока они формируют отряды.
Его голос звучал холодно и властно, даже величественно. В сторону Талааса Беэлен не смотрел, что только подтверждало худшие опасения — соратник постепенно превращался в предателя, тянущего одеяло на себя.