— Надо за каждой посмотреть, — предложил здоровяк, — вдруг там сейф.
— В обычной квартире? – засомневался проныра. – Сам подумай, Медведище, какой толщины стены в стандартной хрущевке? Если искать, то где-нибудь в шкафу. Предварительно вышвырнем оттуда все, конечно, включая трусики и лифчики. Хочешь поглазеть, какое у девчонки бельишко?
Здоровяк мерзко хохотнул.
— По-моему, лучше отдать то, что они просят, — тихо сказал Кристине Артур, — пока они вам весь дом не разворотили.
— Но у нас нет такой картины. Я такую никогда не видела, — шепотом ответила девушка.
— Чего там шушукаетесь? – недовольно бросил здоровяк. – Есть что сказать, говорите громко.
Молодые люди замолчали.
— Их надо связать, — заявил подельнику здоровяк, — чтобы не мешали в поисках, раз помогать не хотят.
— Дельная мысль, — согласился проныра, — вяжи, а я подержу их на мушке.
Однако, прежде чем здоровяк приступил к связыванию пленников, ему еще предстояло найти веревку или ее замену. Он пошел бродить по квартире в поисках чего-нибудь подходящего.
— Очень глупо с вашей стороны тянуть время и не отдавать картину, — заявил пленникам проныра, оставшись один. – На что вы надеетесь? Что хорошо запрятано? Так мы все перероем, но найдем. У Медведя на спрятанное нюх, вот увидите. А если на чью-то помощь рассчитываете, то зря. Живет она одна, разыскивать никто не придет.
Кристине стало совсем не по себе, потому что бандит был прав, никто ее искать не станет, разве что начальница – директор зоомагазина, и то не раньше, чем завтра, после начала рабочего дня.
Проныра тем временем продолжал:
— А квартирка ничего так, нормальная. И не похоже, что старикан жил. Где его комната, кстати? Барахло где? У стариков обычно всякого хлама полном.
— У нас никогда не было такой картины, — сказала Кристина, стараясь быть убедительной.
— А может, ты плохо рассмотрела? – проныра снова подскочил к ней и сунул едва ли не в лицо телефон с фотографией. – Вот. Она не большая. С мою ладонь, наверное.
— Нет, не было у нас никогда такой.
Не слишком усердствуя в поисках, здоровяк бессмысленно побродил по комнатам, а потом вышел на балкон, срезал там две бельевых веревки и вернулся с ними, как с добычей.
— Руки за спину, — скомандовал он пленникам.
— Мне в туалет надо, — заявил Артур, — можно, сначала сходить, а потом уже вязать будете?
— Не потерпишь, что ли, сыкло? – усмехнулся здоровяк.
— Он, видать, из тех, кто на уроках руку тянул только для того, чтобы в туалет сдрыснуть, — недовольно бросил проныра. – Чуть какой напряг, и его в сортир тянет.
— Ну, не здесь же мне мочиться? – возмущенно сказал Артур.
— Девки своей, что ли стесняешься? – скривился здоровяк. – А давайте я с ней выйду, пока ты тут ссать будешь. Нам с ней точно интереснее, чем с тобой. Пошли? – бросил он Кристине и мотнул головой в сторону выхода.
— Нет, пожалуйста, не надо, — осипшим голосом проговорила девушка, снова вжимаясь в стену.
— Зачем все это устраивать из-за банального похода в туалет? – спросил Артур. – Тут два шага пройти. Куда я денусь? А со связанными руками ни штаны расстегнуть, ни… сами понимаете, что.
— Сходи с ним, Медведь, — смилостивился проныра.
— Почему опять я? – недовольно проворчал здоровяк, но поднял Артура рывком за шиворот и толкнул в сторону двери. – Пошли, сыкло.
— Давай без лишних эпитетов, — попросил Артур.
— Без чего? Иди, давай! А то доболтаешься, придется ссать в штаны.
Проводив их взглядом, проныра подсел к Кристине.
— Я тебе честно советую, не зли Медведя. Это он пока смирный, а если разойдется, то и я с ним не справлюсь.
— Но я же ничего…
— Скажи, где картина. И все. Мы свалим. Обещаю.
— Но я, правда, не знаю. У нас такой никогда не было.
Здоровяк тем временем довел подопечного до нужной двери, сам включил свет и сам открыл.
— Ну, давай, — бросил он пленнику.
— А ты что, пялиться будешь? – холодно поинтересовался Артур.
— На черта ты нужен! – возмутился Медведь и хлопнул дверью за вошедшем в уборную.