— И, пожалуйста, наденьте мой подарок. Я передам его через стюарда.
— Договорились. До встречи на танцполе, — по звучанию голоса Ольхового Кристина поняла, что тот улыбнулся, а ведь она звала его, чтобы убить.
Как только разговор закончился, телефон у Кристины отобрали.
— А теперь сиди и жди, — бросил ей Мальцев. – Чем спокойнее просидишь, тем целее отсюда выйдешь.
— Для танцев мне нужно будет переодеться, — предупредила Кристина.
— А, по-моему, и так пойдет, — нехорошо усмехнулся Мальцев, осматривая наряд из простыни. – Да, парни? Даже Кошатник оценит.
Телохранители согласно улыбнулись, причем еще более мерзко, чем их босс.
— Если я появляюсь в таком виде, он точно что-то заподозрит, — веско произнесла Кристина.
Тут застонал Артур, приходя в себя, и Кристина мгновенно забыла обо всем ином.
— Как ты? – встревоженно спросила она.
— Голова, — поморщился Артур, а потом обнаружил, что руки связаны, сам он голый и лежит на полу. – Что происходит? – мгновенно напрягся он и тут же поморщился.
— Кляп ему в рот, — распорядился Мальцев, — а продолжит бузить, отправьте обратно в бессознанку.
— Не сопротивляйся, пожалуйста, — успела сказать Кристина, до того, как охранники приступили к выполнению приказа.
Артур и не подумал слушаться, но теперь силы оказались еще более не равны. Он получил несколько новых ударов, а в рот запихнули часть наволочки.
Присматривать за пленниками Мальцев оставил всего одного охранника, а вместе со вторым ушел, как выразился, прогуляться. Бородатый, награжденный ролью надзирателя, первым делом развел пленников подальше друг от друга, да еще и приказал обоим отвернуться к стене. Снова потянулось время мучительного ожидания. Кристина слишком боялась, что Артур начнет приводить в жизнь свои бесконечные планы освобождения, невзирая на собственную безопасность, поэтому упорно не смотрела в его сторону и не реагировала на попытки привлечь к себе внимание, надеясь, что на побег в одиночку он все же не решится.
Из-за того, что все мысли Кристины были заняты только переживаниями за Артура, о приближающейся встрече с Ольховым она и не думала, однако, когда явился Мальцев, чтобы дать ей последние указания, Кристина занервничала.
Девушке дали собраться и одеться в туалете без посторонних глаз. От нее потребовали надеть деловой костюм. На воротник блузки с внутренней стороны скотчем прикрепили маленький микрофон.
— Так мы будем слышать все, что вы говорите. Попробуешь намекнуть Кошатнику на то, что его ждет, и твой малахольный – труп, — предупредил Мальцев.
Кристин опустила глаза и помолчала. В эти минуты ей настолько было не по себе, что начала казаться, что все происходит во сне.
Артур, которого охранника уже приходилось несколько раз усмирять побоями, опять встрепенулся, ухитрился вытолкать изо рта кляп и крикнул девушке вдогонку:
— Не думай обо мне! Я выберусь! Расскажи ему! Он поможет!
Кристина бросила на Артура затравленный взгляд через плечо. Один из бородачей бросился на него, чтобы вернуть кляп, а Мальцев подтолкнул девушку к выходу:
— Иди, но если хоть чем-то намекнешь, твоему прострелят башку.
Кристина отправилась на встречу, как в последний путь. У нее подгибались ноги, сердце болезненно трепыхалось, разум не справлялся со шквалом тревог и эмоций, поэтому она ощущала себя почти в прострации. Кристина словно шла на казнь, хотя ей отводилась роль пособницы. После слишком ярких и болезненных воспоминаний об убийстве туфлей одного из Безликих, снова переживать подобный кошмар было невыносимо. Из-за ее действий должен погибнуть еще один человек, на этот раз человек, которого она хоть немного знала, и пусть ее отношение к нему испортилось, она не была готова к его смерти. Она ее не хотела, но могла ли предотвратить? С другой стороны этой дилеммы находился Артур, ради спасения которого Кристина была готова на все, даже на… Или не готова?
«Но что я могу сделать? – оправдывала себя Кристина, с каждым шагом приближаясь к роковому событию. – Если я откажусь, даже если попытаюсь предупредить, эти изверги убьют Артура. А этого я не переживу. Тем более, если его убьют из-за меня. Простите меня, Олег, но выбирать я не могу. Артур мне дороже всех.»