Ревя от злости, здоровяк бегом вернулся к машине. Сразу против двоих у Артура не было ни шанса. Его быстро смяли и обездвижили, накрепко вжав в дорогу.
— Я тебе башку проломлю! – брызгал ему в лицо слюной здоровяк. – Кишки выпущу! На дереве за яйца подвешу!
— Зови ее! – наседал проныра. – Зови! Пусть возвращается! А то мы тебя тут на месте и порешим! Зови!
— Нет! – задушено шипел Артур. – Нет! Не буду! Вы ее не получите! Нет! Не буду!
— Девка, выходи! – гаркнул Медведь. – Выходи! Возвращайся! Или мы твоего патлатого прямо на месте прикончим! Выходи! Тебе все равно некуда бежать! До города далеко! А в лесу зверье! Оно, в отличие от нас, тебя жалеть не будет!
— Зря глотки дерете, — не унимался Артур. – Она не вернется. А вы только время теряете. Если по дороге кто-нибудь проедет, в полицию позвонят. Вас тут и скрутят.
— У меня есть идея, — вдруг сказал здоровяк совершенно спокойным голосом, а потом крикнул даже громче, чем раньше. – Я этого патлатого сейчас пытать буду! Ломать по одному пальцу, пока девка не появится! Если не появится, а пальца закончатся, начну ломать ребра! Он завопит на весь лес! Даже глухая тетеря услышит!
Здоровяк поднял Артура на ноги рывком за шиворот, а потом толкнул на капот машины.
— Зови свою девку! – прорычал Медведь. – Зови, а то лишишься пальцев!
— Нет! – упрямо огрызался в ответ пленник.
— Вот и проверим ваши чувства! – вмешался проныра. — Бросит она тебя или нет!
— Конечно, бросит! Я же ей никто! – хоть и вдавленный в металл капота, Артур не переставал дергаться и вырываться. – Я же говорил, она мне не девушка!
— Как раз и проверим! – оскалился здоровяк и рванул пленнику мизинец на правой руке.
Артур закричал, но почти сразу подавил свой возглас, до боли стиснул зубы и вжался лбом в бампер.
— Не надо больше! – раздался звонкий девичий голос, полный отчаянья. – Не надо! Я вернулась!
Трое молодых людей резко повернулись на звук. Трепеща от страха и волнения, на дорогу вышла Кристина.
— Твоя пропажа вернулась, Медведище, — оскалился проныра. – Повезло тебе.
— Зачем? – бросил Кристине Артур.
— Заткнись, — рявкнул на него здоровяк. – Она тебе жизнь спасла. И руки, — а девушке крикнул. – В машину садись! Быстро!
— Не трогайте его больше. Пожалуйста, — горячо попросила Кристина.
— В машину! – повторил Медведь.
Кристина послушно забралась в салон, спустя несколько мгновений туда же, на заднее сидение втиснули помятого и перепачканного Артура. Автомобиль тронулся.
— Зачем ты вернулась? – почти с болью в голосе бросил защитник.
— Как же я могу тебя бросить? Ты же из-за меня попал в этот переплет. Если я сбегу, они же тебя… если не убьют, то покалечат. Как же я могу? – Кристину душили слезы, страх и горечь, и с каждым словом голос ее становился все тише.
Не в силах больше говорить, она подняла на защитника выразительные глаза и перехватила его взгляд, быстрый, но говорящий. В нем смешались удивление, радость и восхищение. Восхищение ей? Однако длилось это лишь мгновение, Артур поспешил отвернуться.
— Не стоило, — пробормотал он. – Я бы выбрался.
— Ты ведь не должен всего этого делать, — с трудом проговорила Кристина. – Я тебе, правда, никто, но…
— Это не важно, — перебил Артур и твердо добавил. – Ты попала в беду. Значит, я должен помочь, чем смогу.
— Ей повезло, — вздохнула Кристина.
— Кому?
— Твоей девушке — обронила Кристина, пряча глаза.
— В таком случае, стоит говорить «повезет», потому что пока ее нет.
Кристина бросила на своего защитника быстрый взгляд и почувствовала, что краснеет.
Артур тоже ощутил неловкость ситуации и кинулся рассказывать истории из своего детства, трогательные или забавные, о поездках с родителями за город, о воскресных прогулках в парки аттракционов и в зоопарк, о мальчишеских проказах, о том, как ему купили щенка. Кристина немного ожила и почти начала улыбаться.
Бандиты мрачно поглядывали на беседующую парочку.
Постепенно Кристина успокоилась, и тогда усталость напомнила о себе. Пережитые волнения, страхи и погони истощили силы, а рядом с молодым человеком, которому она доверяла и симпатизировала, невольно расслабилась и пригрелась. Артур продолжал негромко рассказывать, а глаза Кристины все сильнее слипались, пока она не погрузилась в утешающий сон, склонив голову на плечо своему защитнику.