Остаток для мысли Кристин витали настолько далеко от работы, что она едва не продала кошачий корм вместо собачьего, чуть не накормила рыбок смесью для грызунов и чуть не упустила шустрого крысенка, которого ее попросили достать из клетки.
Магазин Кристина в этот раз закрыла на пять минут раньше положенного времени, чего прежде никогда себе не позволяла. Домой она летела как на крыльях, представляя сотни вариантов как пройдет ее новая встреча с Артуром.
Обуздать эмоции удалось только подходя к дому. Ярко вспыхнули в памяти обстоятельства знакомства, пережитые ужасы, страх и беспомощность, и главный вывод: Артур не тот, кем выглядит. Поэтому звонка в домофон Кристина ожидала уже с опаской. А вдруг Артур придет не один?
«Надо было ограничиться пересылкой файла по почте», — запоздало кусала губы Кристина.
Звонок заставил ее вздрогнуть. Вопреки всем мыслям и переживания о том, как выглядеть, что сказать и что сделать, которые терзали весь день, к моменту встречи Кристина подошла без всякой подготовки, в самых обычных шортах и майке, с банальным хвостиком на голове.
— Только прослушаем сообщение и все, — настраивала себя Кристина.
Едва дверь открылась, весь настрой полетел к черту. Артур явился с букетом цветов, не полевых, но весьма пестрых.
— Мне? – выдохнула Кристина и покраснела.
— Конечно! – Артур с гордостью протянул ей букет. – Прекрасные цветы для самой чудесной девушки. Чтобы загладить не самое приятное впечатление о нас.
Кристина растеряно приняла цветы, на которые совсем не рассчитывала, а Артур уже рвался к продолжению:
— Куда идти? Что слушать?
Кое-как собрав разбежавшиеся мысли, Кристина привела гостя в уже известную тому гостиную, включила компьютер, запустила аудио файл.
— Здравствуй, Кристина, — раздался скрипучий старческий голос. – Меня зовут Алексей Исаакович Горшков. Ты меня, конечно, не знаешь, и даже, наверное, никогда обо мне не слышала. Я твой дедушка, со стороны отца. – Артур бросил на Кристину любопытный взгляд, а та вздохнула. — Так уж вышло, что мой непутевый сын — твой папаша. Правда, дело не в этом, а в том, что очень много лет назад мы с твоим дедом, Аркадием Винтоховским, крепко дружили. Особенно в профессиональной сфере. Познакомились мы в Москве, когда Аркадий в Третьяковке практику проходил. Он реставратор, как говорится, от бога. Руки золотые, да и голова не подкачала. Я тоже, вроде бы, неплох был, вот и сдружились. Только я больше к живописи тяготел, мечтал научиться у мастеров, пока реставрирую, и стать знаменитым художником. Не вышло, а путь мой к славе получился так тернист, что и вспоминать тошно. Чего только не пробовал, чем только не занимался. Как-то даже за мемуары сел, описал в каких делах завяз, потом подумал, что рано еще такие откровения писать, и забросил. Когда же сын родился, стало уже не до мечтаний о славе, копейку надо было в дом нести. Душа художника протестовала, искала свои выход и отдохновения. Твоя бабушка Мария в молодости чудно хороша была. Я, как художник, не мог остаться равнодушен и безучастен. Лицо у нее словно совершенно из другой эпохи, нежное, миловидное, с благородством голубых кровей. Много раз я у нее спрашивал, не от дворянского ли рода их корни идут, но при советской власти в такой родне признаваться не любили. К чему я все это? Я очень стар, я старше твоего деда Аркадия, а он, как я недавно узнал, уже вперед меня на тот свет отправился. Совсем одиноким я подошел к концу жизни. Жена моя в могилу сошла очень давно, сынок где-то затерялся на просторах нашей необъятной, получается, только ты у меня, внучка-кровиночка, и осталась, — голос говорившего задрожал от подступающих слез. – Посылаю тебе портрет твоей бабушки, списанный мной с нее еще в далекой молодости. – На этих словах брови Артура удивленно поползли вверх. — Ты ее такой, конечно, не знала, а я любовался до последних своих дней, но теперь пора расстаться. Береги его, внучка. Я в эту работу душу вложил. Написал твою бабушку в образе красавиц минувших веков, такой, какой она мне всегда и виделась. Прощай. Извини за такое краткое знакомство. А увидеться нам с тобой, внученька, за всю жизнь так и не придется. Живи счастливо, будь умнее нас, да вспоминай стариков хоть иногда добрым словом.