Запись закончилась, и Кристина вопросительно посмотрела на Артура.
— Неожиданный поворот, — признался тот.
— Получается, то, что мне прислали – совсем другая картина. Но мне показалась, что они так похожи… Я, наверное, настолько хотела закончить тот кошмар, что выдала желаемое за действительное, — извиняющимся голосом произнесла Кристина.
— Не думаю, что стоит верить такому простому объяснению. Не может быть, чтобы отправка картин именно сейчас, когда всплыла история с подделками, оказалась чистой случайностью, — задумчиво проговорил Артур.
— Тогда что все это значит?
— Зависит от того, насколько старику-отправителю можно верить. Что ты о нем знаешь?
— Ничего. Пока не прослушала аудиофайл ничего и не знала.
— Но он же твой дед по отцу? Или это не правда?
— Похоже на правду. Мне об отце, можно сказать, ничего не известно. Отношения у них с мамой не сложились, свадьбы не было. Он уехал из города, мама осталась со мной еще малышкой на руках. Так что, своего отца я совершенно не помню. Даже фамилии до получения посылки не знала, только имя, благодаря своему отчеству. Мама не любит вспоминать об отце, сразу начинает ругаться, а когда недовольна мной, всегда тыкает, что я вся в папашку пошла. И такая история, про друга моего дедушки, который еще и отец моего отца, то есть тоже мне дедушка, для меня – поразительная новость, — призналась Кристина. – Я сама не знаю, насколько можно тут верить. Я никогда ни от кого не слышала, что мой дедушка работал в Москве. Про Нижний Новгород я знала, а про Третьяковскую галерею – нет. Еще удивительно, что новоиспеченный дед рисовал мою бабушку, но не свою жену, а ту бабушку, которая жена моего другого дедушки, дедушки Аркадия. Сейчас эти дедушка и бабушка умерли, у них ничего не узнаешь, а у мамы выспрашивать бесполезно, только очередную истерику получу.
— Помнишь, еще Пушкин разглядывал фотографию твоей бабушки? Что-то же Пушкина в ней зацепило.
— Вроде бы, она показалась ему похожей на его учительницу, — задумчиво проговорила Кристина.
— Да, на училку русского и литературы, Наталью Николаевну. Она его сильно доставала из-за фамилии, — усмехнулся Артур.
— Так Пушкин его фамилия, и вы учились вместе? – с интересом уточнила Кристина.
Артур помрачнел, словно посчитав, что сказал лишнее, и сдержано обронил:
— Было такое, — после чего поспешно вернулся к теме обсуждения. – Давай попробуем сравнить картину и фотографию твоей бабушки, — предложил он.
Кристина достала один из семейных фотоальбомов, пролистала несколько страниц и нашла нужный снимок в овальном исполнении, а Артур открыл на телефоне фотографию злополучного портрета. Изображения положили рядом и принялись придирчиво в них всматриваться.
— Как там говорил Пушкин? И схоже и несхоже? – сказал Артур после нескольких минут внимательного разглядывания. – Фактор: «Я художник, я так вижу» тоже исключать нельзя.
— А ты знаешь, кто изображен на картине, которую вы ищите?
— Герцогиня Шатору, фаворитка Людовика ХV.
— Сравним с ее портретами, — предложила Кристина.
Найти в Интернете картины с изображением достаточно известной исторической личности труда не составило, и теперь перед искателями было уже три снимка. На всех трех изображались молодые дамы с приятными округлыми лицами, пухлыми щечками, маленькими выразительными губками и едва наметившимся вторым подбородком. Прически, цвет волос и одежду модели имели разную, но общее сходство несомненно оставалось.
— Дедушка, о котором я раньше и не знала, получается, прав, у моей бабушки было лицо, типичное для красотки восемнадцатого века, - задумчиво произнесла Кристина.
— Зато я точно вижу, что красота – это у тебя наследственное, — улыбнулся Артур и опять смел все девичьи мысли совсем в иное направление. – Есть предложение, пока оставить загадки прошлого и прогуляться. Хоть мы в вашем городе уже неделю зависаем, но из-за дел толком ничего не посмотрели. Как местный житель, сможешь мне показать самые красивые и романтичные места?